Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Sociodynamics
Reference:

To the question of the effect of cultural policy upon the modern local identities

Luzan Vladimir Sergeevich

PhD in Philosophy

associate professor of the Department of Advertising and Socio-Cultural Activity at Siberian Federal University

660049. Krasnoyarsk, prospect Svobodny 79

luzanvs14@mail.ru
Other publications by this author
 

 

DOI:

10.7256/2409-7144.2016.2.17733

Received:

26-01-2016


Published:

30-01-2016


Abstract: The subject of this research is the modern Russian cultural policy and its effect upon the local and regional identities, including those associated with the municipal social space. In the conditions of processes of globalization, the theory and practice of socioeconomic relations in the modern world demonstrates that a key role in the development of states and intergovernmental unions today and in the nearest future belongs to the cities. Cultural policy, its trends, significant events, as well as basic processes will take place within the urbanized space, which due to this fact causes a certain interests among researchers. The main conclusion of the conducted research consists in substantiation of a thesis that the cultural policy forms a particular symbolic space of a city that in case of a success of such policy allows forming and expanding the specific local identities, which from the economic perspective are able to attract investments into the city, as well as encourage the increase in the quality of life of the population.


Keywords:

cultural policy, cultural identity, regional identity, local area identity, social space, State, government programs, cultural practices, basic processes, social anthropology


Введение в проблему исследования. В условиях глобализационных процессов теория и практика социально-экономических отношений в современном мире показывает, что ключевую роль в развитии национальных государств и межгосударственных объединений в настоящем и ближайшем будущем будут играть города. Сложившаяся ситуация связана с тем, что процесс глобализации не только делает проницаемыми границы между странами и культурами, но и усиливает потребность в фиксации локальной идентичности, связывающей людей с местом их жизни. И роль городов в этих условиях становится определяющей, так как по данным ООН, в современных условиях не прекращается процесс существенного увеличения городского народонаселения: сегодня более половины населения мира проживает в городах, а к 2050 году число горожан увеличится на 2,5 млрд. человек. При этом, около половины из 3,9 млрд. городских жителей планеты проживают в сравнительно небольших поселениях с количеством жителей до 500 тысяч. Лишь каждый восьмой горожанин живет в одном из 28 мировых мегаполисов с населением более 10 миллионов человек. Многие из наиболее быстрорастущих городов мира являются сравнительно небольшими городскими поселениями [1]. В результате совершенно обоснованным является стремление муниципальных властей и городских сообществ в формировании привлекательной, безопасной и нестандартной городской среды, в первую очередь средствами и механизмами культурной политики.

Данные процессы характерны и для Российской Федерации – по состоянию на 1 января 2014 года, доля городского населения в России составляет 74,2%, при этом, количество городов с населением более миллиона человек составляет всего 15 единиц [2]. Во многом это связано с тем, что город, в большей степени, чес сельский населенный пункт, позволяет жителям реализовывать себя и свои возможности, а также является образовательным, культурно-политическим и информационным центром, сосредотачивающим в себе основной производственный и интеллектуальный потенциал того или иного государства.

В условиях, когда города стремительно превращаются в агломерации, трансформируется и их пространственная структура, которая влечет за собой изменение образа жизни проживающих в них людей. Поэтому на сегодняшний день, особенно важно уделять внимание планированию и развитию городской среды, так как образ городской среды, складывающийся в сознании жителей, оказывает на них существенное воздействие. Интенсивное развитие городов влечет за собой новые формы поведения человека, его личностных особенностей, ставит проблему взаимодействия человека и окружающей его среды.

Только в том случае, если есть разнообразие социально-культурных практик, услуг, процессов на одной территории формируется внутреннее городское своеобразие. Город должен не только понимать свои современные реалии, но и делать все возможное, чтобы не потерять собственную историческую память. В этом заключается одна из задач культурной политики: строить будущее, сохраняя историческую память. Помимо этого, именно культура способна доступно выражать ценности и формировать культурную идентичность. Современный город – это город, где творчество и самореализация человека становятся основой всего. Человеческий ум, желания, мотивы, воображение и творческие способности – стратегический резерв развития городов. На первом уровне создаются условия для самовыражения людей, на втором – появляются возможности на основе этого создавать реальные производства и услуги. Создание привлекательной инновационной городской среды, формирование рынка услуг, влияющих на качество жизни – важнейшие элементы современности, воплощать которые возможно только посредством культурной политики.

Именно культура в знаково-символических формах сохраняет, приумножает и транслирует весь совокупный человеческий опыт, созданный в различных сферах деятельности. Культура отражает специфику различных социальных групп и, объединяя, позволяет создать привлекательную инновационную городскую среду, воспитать любовь и уважение к городу, стране, формировать спектр социально-культурных услуг, что, несомненно, позволяет городу развиваться более успешно во всех аспектах.

Правильно организованная городская среда, в свою очередь, способствует развитию интереса у горожан, тем самым вызывая чувство комфорта, безопасности, желание жить и развиваться. Однако, беспорядочная, хаотичная городская среда, не имеющая за собой определенной, четко выстроенной структуры, напротив – утомляет жителей своим однообразием и информационной перегруженностью, вызывая тем самым психологическое напряжение и дискомфорт. Именно поэтому правильная организация городской среды является необходимым условием к комфортному существованию жителей города в локальном плане, и развитию государства – в глобальном.

Концептологические основания исследования. В современных отечественных гуманитарных исследованиях имеется достаточное количество трудов, отражающих проблематику выстраивания культурной политики на государственном уровне: П.С. Гуревича, В.К. Егорова, В.Ж. Келле, Л.Н. Когана, Д.С. Лихачева, Э.С. Маркаряна, В.М. Межуева, А.К. Уледова, Ю.У. Фохт-Бабушкина и др.

Широкий диапазон проблем, касающихся функционирования культуры в современном обществе, освещается в работах авторов, формирующих современное представление о культуре как факторе социально-культурной регуляции общественной жизни: М.Б. Гнедовского, Н.Г. Денисова, Б.С. Ерасова, Л.Г. Ионина, М.С. Кагана, В.А. Куренного, Б.К. Маркова, Э.А. Орловой, М. Пахтера, А.Я. Флиера, Н.А. Хренова, И.Г. Яковенко и др.

Кроме того, в контексте рассматриваемой проблематики значимыми являются труды, посвященные проблемам функционирования сферы культуры, ее правовым, организационным, финансовым и управленческим аспектам: Т.В. Абанкиной, Г.М. Галуцкого, О.И. Генисаретского, М. Драгичевич-Шешич, B.C. Жидкова, Е.Л. Игнатьевой, А.В. Каменец, Е.Л. Кудриной, К.Э. Разлогова, А.Я. Рубинштейна, Б.Ю. Сорочкина, С.В. Шишкина и др.

За последние годы проблематике реализации государственной культурной политики посвящены многочисленные диссертации. Среди наиболее значимых авторов данных исследований можно выделить А.С. Балакшина, П.Л. Волка, Л.Е. Вострякова, Ю.Е. Зиятдинову, М.И. Кривошеева, Е.В. Кузнецову, Н.Н. Курная, О.П. Пономаренко, Г.А. Смирнова, С.П. Шевчугову и др.

Проблемой развития и формирования различных аспектов городской среды сегодня занимаются многие отечественные исследователи. Объемным блоком исследований являются труды по технической эстетике и дизайну, неразрывно связанные с проблематикой городской среды и визуального пространства, состоящие из работ таких авторов, как: П.А. Путинцев, М. М. Русанов, А.В. Сазиков, А.Ю. Согомонов, В.Б. Устин и другие.

В качестве самостоятельного блока стоит выделить исследования визуально-эстетической составляющей городской среды, включающие работы следующих авторов: Л.Е. Трушина, рассматривающая эстетические составляющие образа города и городской среды; К.А. Чеховских, изучающий эстетическую составляющую в рекламе, в качестве фактора развития общества; О.В. Конина, исследовавшего восприятие городской среды ее жителями; Т.В. Кашкабаш, исследующей городское визуальное коммуникативное пространство.

Безусловно, отдельным блоком следует также выделить работы исследователей по урбанистике и градостроительству: Л.С. Ахмедова, А.Э. Гутнов; А.В. Иконников; А.Г. Раппапорт.

В современных зарубежных гуманитарных исследованиях проблематика влияния культурной политики на формирование городской среды имеет глубокую разработанность. В частности особо следует выделить труды Р. Флориды и Ч. Лэндри, а также плеяды более молодых американских, европейских и азиатских исследователей: Л. Кнорр, Э. Нильсон, К. Крейлинг, З. Тэйлор и многих др. При этом необходимо констатировать существенное увеличение публикаций по данной тематике в зарубежных научных изданиях за последние пять лет.

Постановка проблемы. В ситуации постоянных перемен, как на глобальном, так и на общероссийском уровне, особо остро встает вопрос формирования общероссийской национальной идентификации и самоидентификации, так как современная эпоха – это эпоха национальных государств, формирования нации, несмотря на процессы глобализации. От того, насколько успешным будет процесс формирования единой нации, зависит будущее государства, его стратегическая безопасность, его идеологическая значимость. Формирование единой нации, объединяющей различные этнокультурные группы, социальные классы и страты, – это одна из наиболее актуальных задач современной России. При этом, решение данной задачи возможно посредством культурной политики, так как совокупность ее механизмов и средств наиболее активно формирует среду существования человека, определяющую его самобытность, и особую роль в этом контексте приобретают города и формируемые ими среды обитания, так как уже было отмечено ранее, что подавляющее большинство населения России является городским.

Рассматриваемая в статье проблема обоснована многогранностью и многоаспектностью культурной политики и городской среды, а также их неотъемлемым взаимовлиянием и взаимодополнением. Городская среда воспринимается человеком, как посредством его внешних характеристик, так и посредством его ментальной картины, то есть своеобразной атмосферы, наполненной множеством смыслов и значений, содержащихся в самом городе и формирующем его уникальность, своеобразный язык. Таким образом, городская среда представляет собой не столько его физическое наполнение зданиями и другими сооружениями и конструкциями, сколько совокупность разнообразных источников информации.

Каждый город, ввиду неповторимости своей среды, может по праву считаться уникальным, со своим особым «языком», символьным наполнением, складывающимся годами, что становится особенно актуальным именно для городов России в силу внешних и внутренних условий, а также культурных векторов эволюции. Как отмечает ведущий научный сотрудник Института социологии РАН А.Ю. Согомонов «на первый взгляд они (города) кажутся чрезвычайно похожими друг на друга (тяжелое советское наследие ускоренной урбанизации), но при этом их урбанистическое качество существенно разнится от одного случая к другому. Речь идет в первую очередь о «гении места» и социальных традициях. Безусловно, именно этот парадокс современного российского урбанизма делает поиск городской идентичности у нас куда более актуальным, чем в большинстве других стран, где исторический облик городов был сформирован давно и с годами лишь укреплялся (а не размывался, как в Советском Союзе в 1920-1950-х годах). Не случайно, видимо, столь активно сегодня толкуют об имидже городов, их позиционировании и, что особенно примечательно, – о городах как о брендах» [3, С. 250].

Городской житель, постоянно находящийся и существующий в рамках городского пространства, является также и одним из его главных элементов. Однако, ввиду своей специфики, изменения, которым он подвергает окружающее его пространство, равным образом влечет за собой и изменения в его жизни. Следовательно, меняя посредством культурной политики среду обитания городского жителя, городское сообщество приобретает собственную локальную идентификацию.

Обсуждение. В современных российских исследованиях существующая дискуссия о понятии «культурная политика» представлена спектром мнений и подходов. Так, Д.Л. Спивак связывает культурную политику с деятельностью государства и определяет культурную политику как «совокупность многоуровневых концептуальных моделей, представляющих в статическом, сравнительно-статическом или динамическом аспекте наличное, прошлое и будущее – рассчитанное на перспективу краткосрочного, средне-, а в некоторых случаях и долгосрочного горизонтов, в виде целого спектра сценариев, от пессимистических и/или нежелательных до оптимистических и/или желательных – состояние национальной культуры, равно как и задающих оптимальные тактики и стратегии для проведения в жизнь последних, при посредстве или содействии целого арсенала управляющих воздействий государственных органов и управлений» [4, с. 5].

Д. Клиш в статье «Культура, управление и регулирование» подчеркивает, что «культурную политику не следует рассматривать как прерогативу правительства, ибо она зависит от многих окружающих факторов, государственных ведомств, а также институтов гражданского общества и различных групп людей» [5, с. 274]. Такое понимание культурной политики расширяет ее толкование по сравнению с государственной культурной политикой и указывает на то, что не все возможности государственного управления могут быть реализованы в культурной политике, которая определяется не только и не столько таким субъектом как государство, сколько многочисленными социальными группами и социальными процессами, в том числе имеющими форму институтов гражданского общества.

В определении, предложенном французскими исследователями в области культурной политики Августином Жераром и Женевьевой Гентил, термин «культурная политика» рассматривается с точки зрения не только поставленных целей, но и состояния институтов и ресурсов: «Политика представляет собой систему взаимосвязанных целей, практических задач и средств, выбранных экспертом и направленных на определенную группу в обществе. Культурная политика может осуществляться в рамках объединения, партии, образовательного движения, организации, предприятия, города, правительства. Но независимо от субъекта политики она предполагает существование долгосрочных целей, среднесрочных и измеряемых задач и средств (человеческих ресурсов, финансов и законодательной базы), объединенных в чрезвычайно сложную систему» [6].

Актуальным и методологически значимым в существующей научной дискуссии является определение культурной политики, данное отечественным исследователем А.Я. Флиером, который, рассматривая культурную политику в контексте проблемы управления культурными процессами, указывает, что культурная политика – это «совокупность научно обоснованных взглядов и мероприятий по всесторонней социокультурной модернизации общества и структурным реформам по всей системе культуропроизводящих институтов, как система новых принципов пропорционирования государственной и общественной составляющих в социальной и культурной жизни, как комплекс мер по заблаговременному налаживанию научного и образовательного обеспечения этих принципов, по целенаправленной подготовке кадров для квалифицированного регулирования социокультурных процессов завтрашнего дня, а главное – как осмысленная корректировка общего содержания отечественной культуры» [7, с. 20].

Таким образом, в качестве синтетического определения культурной политики можно предложить следующее: культурная политика – это система человеческой деятельности, включающая в себя ясно сформулированные цели, эффективную методологию для их осуществления, реальные действия по созданию, сохранению и трансляции наиболее значимых культурных идеалов (эталонов) и их воплощения в социально-культурной действительности.

Данное определение культурной политики избегает ее отождествления только с деятельностью государства и предполагает, что культурная политика имеет источник в виде объективно существующего социального процесса, который осуществляется посредством различных социальных субъектов.

Однако в российской действительности понимание культурной политики опирается на эмпирическую трактовку культуры, которая связывается с практикой конкретно-просветительской (в том числе художественно-просветительской и художественно-образовательной) деятельности, а также с «собирательством» и изучением историко-культурных материалов фольклорно-этнографического характера.

Таким образом, можно зафиксировать определенный разрыв между эмпирическим пониманием культуры в отраслевой логике и теоретическим пониманием культуры как важнейшей сферы человеческой деятельности по созданию, трансляции и сохранению идеалов, имеющих двуединую экономико-духовную природу. Этот разрыв имеет свою форму и на уровне реальной культурной политики, когда создающиеся концепции, стратегии, целевые программы, поддерживаемые государством проекты затрагивают лишь то содержание, которое связано с художественной самодеятельностью, фольклорно-этнографическими движениями, историко-культурными памятниками, художественно-просветительской деятельностью и т. п.

Кроме того, серьезную проблему представляет размытость границ сферы культуры даже в контексте ее отраслевого понимания. Существуют традиционные культурные институты, связанные с отраслевым подходом к культуре, – музеи, театры, библиотеки, культурно-досуговые учреждения, концертные залы, памятники архитектуры, которые для большинства людей в основном и ассоциируются с понятием «культура». Однако сегодня отрасль «культура» невозможна без издательского дела, кинематографа, звукозаписи, производства компьютерных игр, дизайна, архитектуры, моды, радио и телевидения.

В связи с этим ряд исследователей вводят такие понятия как «культурная среда», «культурное пространство», «культура жизнеобеспечения» и другие, подразумевая под ними ряд определенных (культурных) условий существования, формирования и деятельности индивидов и социальных групп. При этом указывается, что культурную среду все сильнее преображают такие институты, как ночные клубы, книжные магазины, фестивали или новые технологии, например, Интернет.

В связи с этим в ряде подходов к культурной политике провозглашается необходимость ввести ограничение сферы применения культурной политики элементами культурной среды человека, что особенно актуально в контексте рассматриваемой проблематики влияния культурной политики на городскую среду, которую можно обозначить как один из видов культурной среды. Под элементами культурной среды человека понимаются элементы, поддающиеся управлению институциональными механизмами воздействия на эту среду.

Так, по определению А. Арнольдова [8, с. 25], культурная среда представляет собой совокупность окружающих человека объектов – вещей, идей, образов, образцов деятельности, поведения и взаимодействия. Каждый человек принадлежит к определенной культурной среде. Он ориентирован на нее в своих интересах и запросах. Параметры среды, в конечном счете, определяют качества и характеристики каждого человека. Все время существования в рамках общества человек проводит в культурной среде, создающей определенный образ жизни, в котором раскрывается не только стиль жизни, но и система человеческих отношений. Культурная среда представляет собой своеобразный источник многостороннего воздействия на различные стороны социализации личности, являясь в то же время сферой самоопределения и самореализации личности.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в настоящее время исследование культурной политики разворачивается в соответствии с принципами социального конструктивизма, где в определении принципов, форм, способов осуществления, в методах, целеполагании, проектах культурной политики видится возможность изменения социального бытия людей, его качественного улучшения, в первую очередь, в городских поселениях. Данная ситуация обусловлена рядом объективных факторов – города – это сосредоточение человеческих, материальных, финансовых и иных видов ресурсов; инфраструктурная развитость; расположение на пересечение транспортных магистралей (дорожных, воздушных, морских, железнодорожных); особый тип культуры.

Каждый город имеет свой уникальный «язык», представленный не только архитектурным обликом, но и самим способом организации пространства, посредством которого может быть реконструирована определенная символьно–знаковая система, а также культурный текст, считываемый жителями данного города.

Отсюда следует, что городская среда, обусловленная наличием множества разнообразных источников информации, несет в себе скорее символический характер, нежели его материальное наполнение.

Таким образом, под городской средой следует понимать место, где происходит коммуникация или взаимодействие между различными субъектами по правилам, имеющим свою индивидуальную сущность только для конкретного города. В целом, исследователи выделяют следующие основные элементы городской среды, наиболее актуальные для российских городов:

1. Культурно-историческая уникальность города;

2. Разнообразие городского ландшафта;

3. Инфраструктурная комфортабельность города;

4. Безопасность проживания;

5. Экологическая безопасность;

6. Разнообразие досуга и возможность получения максимального спектра услуг (развитие потребительского рынка и рынка социально-культурных услуг);

7. Качество городского управления.

Кроме того, помимо физического пространства, формирующего городскую среду, следует выделить и такие его виды, как:

1. Социальное пространство;

2. Культурное пространство;

3. Информационное пространство;

4. Коммуникационное или коммуникативное пространство;

5. Медиапространство.

На сегодняшний день, во многих гуманитарных исследованиях на основе культурного и социального пространства выделяется единое социально-культурное пространство города, которое отражает изменения человеческой мысли, происходившие под влиянием политических, социально-экономических и культурных процессов. Согласно Быстровой А.Н. – «это есть пространство реализации человеческой «виртуальности» (под реализацией человеческой виртуальности в данном случае следует понимать людские задатки, возможности, способности, желания и т.д.), осуществления социальных программ, целей и интересов, распространения идей и взглядов, языка и традиций, верований и норм и т.д.» [9, с. 39].

Влияние этих процессов на изменение городской среды современного города, прежде всего, выражается, в разрушении стандартов и эталонов городского образа жизни, которые успели сложиться в течение предыдущих десятилетий, а также в изменении установок в системе ценностных ориентаций горожан и способах реализации повседневных практик, что возможно реализовать только средствами культурной политики.

В современной российской действительности существуют примеры удачной трансформации городской среды, а, следовательно, и образа самих городов, посредством реализации продуманной культурной политики в не отраслевом понимании данного термина, а понимании как социального процесса. Например, небольшой город Мышкин на Волге стал многим известен благодаря своему названию и грамотной политике в продвижении бренда этого города – мышки и все, что с ней связано: музей мыши, игрушки и сувениры – мыши, и т.д., что позволило активно включиться данному городу в действующие туристические маршруты.

За последние 15 лет активного развития и продвижения бренда «Великий Устюг – родина Деда Мороза» Великий Устюг стал одним из популярных мест отдыха россиян, и количество туристов с каждым годом возрастает, особенно в условиях внешних факторов, таких как запреты отдыхать на определенных международных курортах.

К своему 1000-летию существенно преобразился город Ярославль. В средствах массовой информации имидж 1000-летнего города дополнялся рассказами о современных преобразованиях этого старинного города, при этом было возведено много новых интересных объектов. Кроме того, влияние выстроенной культурной политики на формирование городской среды, безусловно, наиболее репрезентативно можно проследить на примере Москвы, Санкт-Петербурга, Казани, Сочи.

В тоже время, в зарубежной практике существует значительно больше примеров удачного изменения городской среды средствами культурной политики, которые находят свое отражение в трудах исследователей. При этом, следует осознавать, что наличие в западных государствах более продуктивной практики становится возможным, в первую очередь, за счет большей культурно-исторической «зрелости» городских поселений, тогда как в российской действительности гораздо большее количество относительно молодых городов, тем более за пределами Уральского хребта.

В тоже время, существенным, на наш взгляд, отличием является то, что в зарубежном научном дискурсе и практике все чаще возникает новое для российской действительности понятие – «культурная дипломатия», и оно, на наш взгляд значительно более корректно отображает процессы трансформации городской среды, так как данные процессы не ограничиваются только внутренними изменениями того или иного города, а характеризуются включением в глобальную борьбу за ресурсы, в первую очередь, человеческие и финансовые.

Культурную дипломатию в контексте рассматриваемой проблематики следует рассматривать как тип общественной дипломатии и мягкой силы, которая включает обмен идеями, информацией, искусством и другими аспектами культуры среди населенных пунктов, стран и народов, чтобы способствовать на первый взгляд взаимопониманию. Однако, основная цель культурной дипломатии заключается в том, чтобы влиять на целевую аудиторию (население другого города, области, страны или даже стран) и использовать то влияние, которое создано за длительный срок как своего рода запас доброй воли, чтобы завоевать поддержку для реализуемой политики, причем уже далеко не только в культурных аспектах. Таким образом, культурная дипломатия создает влияние и напрямую решает цели сохранения национальной безопасности и завоевания новых зон контроля.

Заключение. В современных условиях формирование городской среды приобретает определяющую роль не только для развития конкретных городов, но и государств в целом, так какпо оценке международной консалтинговой компании McKinsey Global Institute 60% мирового богатства к 2025 году будут сосредоточены в 600 ведущих городах мира, которые станут источниками наибольшего экономического и демографического роста.

Город, выступающий в качестве модели, созданной человеком, предполагает внедрение таких форм развития собственной среды, которые бы позволили усовершенствовать общественные отношения, сделать городскую жизнь более качественной и комфортной. При этом городская среда представляет собой не столько физическое окружение, сколько символическое, которое, прежде всего, обусловлено наличием разнообразных механизмов самореализации человека и формирования его культурной идентичности.

Благоприятная городская среда вызывает желание жить, работать, заниматься творчеством, воспитывать детей, генерирует эмоциональное восприятие города или наоборот, желание покинуть территорию в поисках более близкого и комфортного места обитания. В связи с этим, общество требует построения моделей развития городской среды, основанных, в том числе, на использовании новых технологий потребления информации.

Безусловно, определяющую роль в данных процессах играет культурная политика, так как именно средствами культуры и культурных индустрий возможно выражать ценности, формировать культурную идентичность жителей и способствовать их творческой и экономической состоятельности. Более того, средствами культурной дипломатии возможно существенно расширить зону собственного влияния, получая при этом дивиденды не только культурного, но политико-экономического плана.

Таким образом, современный город можно представить в качестве рыночного агента, представляющего своим потребителям продукт, а именно набор разнообразных стандартных и уникальных услуг высокого качества, где главными дивидендами для города является сохранение существующих и привлечение новых жителей. В тоже время, на сегодняшний день в России под формированием городской среды в большинстве своем понимается, в первую очередь, создание бренда города, в то время как в западной практике – это системный процесс, охватывающий все аспекты культурной политики, а не только связанные с позиционированием и маркетинговым продвижением города.

References
1. Sait informatsionnogo tsentra OON. URL: http://www.unic.ru/press/po-dannym-oon-uvelichivaetsya-gorodskoe-narodonaselenie-segodnya-bolee-poloviny-naseleniya-mir (data obrashcheniya: 15.01.2016).
2. Internet-portal «Goroda Rossii». URL: goroda-rossiya.rf (data obrashcheniya: 10.01.2016).
3. Sogomonov, A.Yu. Sovremennyi gorod: strategiya identichnosti // Neprikosnovennyi zapas. – 2010, №2 (70). – S. 244 – 254.
4. Fundamental'nye problemy kul'turologii: sb. st. po materialam kongr.: v 4 t. T. 4: Kul'turnaya politika. – SPb.: Aleteiya, 2008. – 423 s.
5. Klish, D. Kul'tura, upravlenie i regulirovanie // Kul'turologiya. – M., 2002. – S. 274.
6. Lavrinova N. N. Sushchnost' kul'turnoi politiki. URL: http://analiculturolog.ru/component/k2/item/229-article_41.html (data obrashcheniya: 15.01.2016).
7. Flier, A.Ya. Kul'turologiya dlya kul'turologov. M.: Akademicheskii proekt, 2000. 496 s.
8. Arnol'dov, A.I. Kul'turnaya politika: realii i tendentsii. M., 2004. – 64 s.
9. Bystrova, A.N. «Kul'turnoe prostranstvo kak predmet filosofskii refleksii» // Filosofskie nauki. – 2004. – № 12. – S. 39.
10. Astaf'eva, O.N. Kul'turnaya politika: teoreticheskoe ponyatie i upravlencheskaya deyatel'nost': lektsii. – M.: Izd-vo RAGS, 2010. – 228 s.
11. Balakshin, A.S. Kul'turnaya politika: teoriya i metodologiya issledovaniya: dis…. d-ra filos. nauk. – N. Novgorod, 2006. – 358 s.
12. Berezhnova M.I., Pimenova N.N. Migratsiya kak sredstvo razvitiya territorii: istoricheskii primer Kolymskogo kraya // Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. – 2015.-№ 1. – S. 1888.
13. Vostryakov, L.E. Regional'naya kul'turnaya politika poreformennoi Rossii: sub''ektnoe izmerenie. – SPb. : Izd-vo SZAGS, 2005. – 344 s.
14. Galutskii, G.M. Upravlyaemost' kul'tury i upravlenie kul'turnymi protsessami. – M., 1998. – 464 s.
15. Gnedovskii, M. Tvorcheskie industrii: politicheskii vyzov Rossii // Otechestvennye zapiski. – 2005. № 4 (25). – S. 168-181. 1.
16. Zamaraeva Yu.S. Osobennosti sotsiokul'turnykh transformatsii migratsionnykh protsessov v XX – nachale XXI vv. // Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. – 2014.-№ 2. – S. 649.
17. Zamaraeva Yu.S. Osobennosti etnicheskoi migratsii v sotsial'no-psikhologicheskom vospriyatii (na materiale analiza rezul'tatov eksperimenta po metodike «Seriinye tematicheskie assotsiatsii) // NB: Problemy politiki i obshchestva. — 2014.-№ 9.-S.63-82. DOI: 10.7256/2306-0158.2014.9.13407. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_13407.html
18. Ivliev, G.P. Kul'turnaya politika i razvitie zakonodatel'stva o kul'ture v Rossiiskoi Federatsii: stat'i i vystupleniya / T.P. Ivliev. – M.: Norma: INFRA-M, 2012. – 208 s.
19. Il'beikina M.I. Rol' vizual'noi antropologii v sotsial'nom konstruirovanii tsennostei. Avtoreferat dissertatsii kandidata filosofskikh nauk. Krasnoyarsk, 2013.
20. Kirko V.I. Postsovetskie praktiki sokhraneniya etnokul'turnoi identichnosti korennykh narodov Severa i Sibiri v Krasnoyarskom krae Rossiiskoi Federatsii // Sotsiodinamika. — 2015.-№ 6.-S.113-133. DOI: 10.7256/2409-7144.2015.6.15607. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_15607.html
21. Kistova A.V. Konstruirovanie etnokul'turnoi i obshchenatsional'noi identichnostei na osnove etnograficheskogo podkhoda v sotsial'noi filosofii. Avtoreferat dissertatsii kandidata filosofskikh nauk. Krasnoyarsk, 2013.
22. Kovalevskii V.A., Kirko V.I., Koptseva N.P. Modernizatsiya strategii upravleniya sovremennym rossiiskim universitetom v kontekste globalizatsionnykh protsessov / Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. – 2015.-№ 1. – S. 1024.
23. Kovalevskii V.A., Kirko V.I., Malakhova E.V., Vasil'ev E.A. Realizatsiya distantsionnogo obrazovatel'nogo protsessa v usloviyakh otdalennogo poselka s ogranichennym dostupom k skorostnoi seti Internet // NB: Pedagogika i prosveshchenie. — 2014.-№ 4.-S.72-85. DOI: 10.7256/2306-4188.2014.4.13421. URL: http://e-notabene.ru/pp/article_13421.html
24. Kolesnik M.A. Sotsiologicheskie issledovaniya voobrazheniya v 30-e – 80-e gg. KhKh veka. // NB: Problemy politiki i obshchestva. — 2014.-№ 11.-S.45-61. DOI: 10.7256/2306-0158.2014.11.1351. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_13517.html
25. Kolesnik M.A. Spetsifika obshcherossiiskoi i regional'noi kul'turnoi identichnosti studentov Sibirskogo federal'nogo universiteta na osnove assotsiativnogo eksperimenta so slovom «Rodina» // Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. – 2014.-№ 4. – S. 595.
26. Koptseva N.P., Kistova A.V.. Konstruirovanie etnokul'turnoi i obshchenatsional'noi identichnosti kak filosofskaya problema. // Filosofiya i kul'tura.-2015.-№ 1.-C. 12-19. DOI: 10.7256/1999-2793.2015.1.10695
27. Koptseva, N.P. Kul'turologicheskaya baza formirovaniya obshcherossiiskoi natsional'noi identichnosti v Sibirskikh regionakh Rossiiskoi Federatsii // Vestnik Volgogradskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya 7. Filosofiya, sotsiologiya i sotsial'nye tekhnologii. 2012. № 3. S. 11-15.
28. Koptseva, N.P. Metodologicheskie vozmozhnosti sotsial'noi (kul'turnoi) antropologii dlya sovremennykh kul'turnykh issledovanii // Filosofiya i kul'tura. 2012. № 10. S. 9-18.
29. Koptseva, N.P., Luzan, V.S. Gosudarstvennaya kul'turnaya politika v Sibirskom federal'nom okruge: kontseptsii, problemy, issledovaniya: monografiya. Krasnoyarsk: izd-vo SFU, 2012. – 160 s.
30. Kreativnaya laboratoriya: dialog tvorcheskikh praktik: monografiya / red.-sost. O. A. Karlova. – M. : Akademicheskii Proekt, 2009. – 476 s.
31. Libakova N.M. Modifikatsii gendernykh obrazov v rossiiskoi kul'ture kontsa XIX – nachala XXI vv. Avtoreferat dissertatsii kandidata filosofskikh nauk. Velikii Novgorod, 2011.
32. Libakova N.M. Sotsial'no-psikhologicheskie osobennosti formirovaniya gendernykh obrazov v srede rossiiskogo studenchestva (rezul'taty assotsiativnogo eksperimenta) // NB: Problemy politiki i obshchestva. — 2014.-№ 10.-S.101-134. DOI: 10.7256/2306-0158.2014.10.1343. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_13435.html
33. Luzan V.S. K probleme kontseptual'nykh osnovanii kul'turnoi politiki // NB: Problemy politiki i obshchestva. — 2014.-№ 10.-S.135-158. DOI: 10.7256/2306-0158.2014.10.1342. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_13420.html
34. Luzan, V.S. Konteksty ponimaniya intellektual'nogo dosuga v sovremennykh rossiiskikh issledovaniyakh // Vestnik Krasnoyarskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta im. V.P. Astaf'eva. 2013. № 4 (26). S. 175-178.
35. Luzan, V.S. Kul'turnaya politika kak samostoyatel'nyi vid gosudarstvennoi politiki // Zhurnal Sibirskogo federal'nogo universiteta. Ser. 2. Gumanitarnye nauki. – 2009. – № 4. – S. 587–594.
36. Luzan, V.S. Sotsial'no-filosofskii analiz dinamiki gosudarstvennoi kul'turnoi politiki Rossiiskoi Federatsii: avtoref. dis. ... kand. filos. nauk. Krasnoyarsk, 2011. 26 s.
37. Lendri, Ch. Kreativnyi gorod. – M.: Izdatel'skii dom «Klassika XXI», 2011. – 399 s.
38. Novoe budushchee Sibiri: ozhidaniya, vyzovy, resheniya. Kollektivnaya monografiya. Krasnoyars: SFU, KGPU, 2013.
39. Pimenova N.N. Korennye malochislennye narody v sovremennoi situatsii: ob''em i soderzhanie ponyatiya // Sotsiodinamika. — 2015.-№ 1.-S.112-134. DOI: 10.7256/2409-7144.2015.1.14249. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_14249.html
40. Razumovskaya V.A. Kul'turnaya informatsiya: adaptatsiya i otstranenie v perevode // Professional'no-orientirovannoe obuchenie inostrannym yazykam. – 2014.-№ 8. – S. 125-129.
41. Razumovskaya V.A. Semantika khudozhestvennogo obraza v originale i perevode: kot Begemot // Problemy istorii, filologii, kul'tury. – 2012. – s. 268.
42. Reznikova K.V. Immigratsionnaya politika zarubezhnykh stran: poisk priemlemykh modelei dlya Rossii // Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. – 2014.-№ 2. – S. 650.
43. Reznikova K.V. K voprosu ob utochnenii ponyatii «etnos» i «etnichnost'» // Sotsiodinamika. — 2014.-№ 12.-S.90-102. DOI: 10.7256/2409-7144.2014.12.13913. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_13913.html
44. Semenova A.A. Modifikatsii drevnerusskogo kontsepta «gosudarstvo» v rossiiskoi kul'ture XXI veka. Avtoreferat dissertatsii kandidata filosofskikh nauk. Velikii Novgorod, 2009.
45. Seredkina N.N. Pravoslavnye obrazy v khudozhestvennoi etnokul'ture sovremennoi Sibiri // Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. – 2013.-№ 3. – S. 417.
46. Sertakova E.A. Sotsial'nyi konstruktivizm kak kontseptsiya konstruirovaniya etnosa // Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. – 2013.-№ 6. – S. 999.
47. Sertakova E.A., Gerasimova A.A. Obraz goroda Krasnoyarska v ksilografii i problema regional'noi identichnosti // Urbanistika. — 2015.-№ 2.-S.89-99. DOI: 10.7256/2310-8673.2015.2.16355. URL: http://e-notabene.ru/urb/article_16355.html
48. Sertakova E.A., Zamaraeva Yu.S., Sitnikova A.A. Sotsiologicheskoe issledovanie kul'turnykh potrebnostei zhitelei goroda Krasnoyarska // Urbanistika. — 2015.-№ 3.-S.16-42. DOI: 10.7256/2310-8673.2015.3.16495. URL: http://e-notabene.ru/urb/article_16495.html
49. Teoriya i praktika prikladnykh kul'turnykh issledovanii: regional'nyi proekt. SPb.: Eidos, 2013.
50. Florida, R. Kreativnyi klass: lyudi, kotorye menyayut budushchee. – M.: Izdatel'skii dom «Klassika XXI», 2007. – 432 s.
51. Aksoy, A., Şeyben, B.Y. Storm over the state cultural institutions: new cultural policy direction in Turkey // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 2, 15 March 2015. – Pages 183-199.
52. Ang, I., Isar, Y., Mar, P. Cultural diplomacy: Beyond the national interest? // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 4, 8 August 2015. – Pages 365-381.
53. Aubry, A., Blein, A., Vivant, E. The promotion of creative industries as a tool for urban planning: the case of the Territoire de la culture et de la création in Paris Region // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 2, 15 March 2015. – Pages 121-138.
54. Bukharov A.V., Kirko V.I., Zinov V.G. On the Innovative Structure of University Complexes // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 3 (2008 1) 318-327.
55. Carter, D. Living with instrumentalism: The academic commitment to cultural diplomacy // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 4, 8 August 2015. – Pages 478-493.
56. Caust, J. Cultural wars in an Australian context: challenges in developing a national cultural policy // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 2, 15 March 2015. – Pages 168-182.
57. Chaney, P. Parties, promises and politics: exploring manifesto discourse on arts policy in Westminster, Scottish, Welsh and Northern Irish elections 1945–2011 // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 5, 20 October 2015. – Pages 611-630.
58. Hesmondhalgh, D., Nisbett, M., Oakley, K., Lee, D. Were New Labour’s cultural policies neo-liberal? // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 1, 1 January 2015. – Pages 97-114.
59. Ilbeykina, M.I.,Kolesnik, M.A.,Libakova, N.M.,Sertakova, E.A.,Sitnikova, A.A. Global and local trends in development of the Siberian city of Krasnoyarsk // Mediterranean Journal of Social Sciencesyu 2015. 6 (3 S5), 241-248.
60. Isar, Y.R. ‘Culture in EU external relations’: An idea whose time has come? // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 4, 8 August 2015. – Pages 494-508.
61. Iwabuchi, K. Pop-culture diplomacy in Japan: Soft power, nation branding and the question of ‘international cultural exchange’ // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 4, 8 August 2015. – Pages 419-432.
62. Kang, H. Contemporary cultural diplomacy in South Korea: Explicit and implicit approaches // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 4, 8 August 2015. – Pages 433-447.
63. Katiuzhinsky, A., Okech, D. Human rights, cultural practices, and state policies: Implications for global social work practice and policy. International // Journal of Social Welfare. Volume 23, Issue 1, January 2014. – Pages 80-88.
64. Kistova A.V., Tamarovskaya A.N. Architectural Space as a Factor of Regional Cultural Identity // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 4 (2015 8) 735-749.
65. Koptseva N.P., Khighnyakova A.N., Reznikova K.V. Linguistic-Culturological Peculiarities of National Languages of the Northern People of the Krasnoyarsk Region // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 3 (2011 4) 323-341.
66. Koptseva N.P., Nevolko N.N. The National Visual Art in the Process of Formation and Preservation of the Ethnic Identity of Indigenous Peoples (by the Example of Khakass Visual Art) // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 8 (2012 5) 1179-1198.
67. Koptseva N.P., Reznikova K.V. Modern War as a Cultural Phenomenon. Causes of War. Results of the Associative Experiment with “Modern War” Associate (Based on Research Carried Out in the Student Groups of Siberian Federal University) // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 8 (2015 8) 1591-1610.
68. Koptseva NP, Kirko VI. Post-Soviet practice of preserving ethnocultural identity of indigenous peoples of the North and Siberia in Krasnoyarsk Region of the Russian Federation. Life Sci J 2014;11(7):180-185.
69. Lee, H. Branding the design city: cultural policy and creative events in Seoul // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 1, 1 January 2015. – Pages 1-19.
70. Lemasson, G. Cultural development: a new policy paradigm in the cultural policies of the 1970s in Québec // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 5, 20 October 2015. – Pages 593-610.
71. Libakova N.M., Sertakova E.A. Formation of Ethnic Identiy of the Indigenous Peoples of the North in Arts and Crafts on the Example of Bone Carving // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 4 (2015 8) 750-768.
72. Luzan V.S. Mechanisms of Interaction Between the State, Businesses and Small-Numbered Indigenous Peoples of the Russian Federation Under Global Transformations // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 8 (2014 7) 1327-1341. Razumovskaya V.A. Self-Translation as Science-Art: Joseph Brodsky Legacy // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 2 (2014 7) 294-304.
73. Rimkute, A. The transition from state to arm's length cultural policy in Lithuania // Transformations in Business and Economics. Volume 13, Issue 1, 2014. – Pages 209-222.
74. Rius Ulldemolins, J., Zamorano, M.M. Spain’s nation branding project Marca España and its cultural policy: the economic and political instrumentalization of a homogeneous and simplified cultural image // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 1, 1 January 2015. – Pages 20-40.
75. Seredkina N.N. Cultural and Semiotic Strategies of Constructing Indigenous Northern Ethnicity in Art (Based on the Yakut Art School) // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 4 (2015 8) 769-792.
76. Sitnikova A.A. The Concept of “North” in the Works by Rockwell Kent // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 8 (2014 7) 1358-1380.
77. Sitnikova A.A. The Image of Siberia in Soviet, Post-Soviet Fiction and Werner Herzog’s Documentary Films // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 4 (2015 8) 677-706.
78. Su, W. Cultural policy and film industry as negotiation of power: The Chinese state's role and strategies in its engagement with global Hollywood 1994-2012 // Pacific Affairs. Volume 87, Issue 1, 2014. – Pages 93-114.
79. Su, W. From culture for the people to culture for profit: the PRC’s journey toward a cultural industries approach // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 5, 20 October 2015. – Pages 513-528.
80. Vojtíšková, K. , Lorencová, R. Public funding of culture in the Czech Republic since the fall of the iron curtain: contemporary dilemmas // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 5, 20 October 2015. – Pages 529-553.
81. Zamaraeva Y.C. Phenomenological Description of Classical Music as an Ethnos-Forming Element of Yakut Culture // Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 4 (2015 8) 707-721.
82. Zamaraeva Yu.S., Kistova, A.V., Pimenova N.N., Reznikova K.V., Seredkina N.N. Taymyr Reindeer Herding as a Branch of the Economy and a Fundamental Social Identification Practice for Indigenous Peoples of the Siberian Arctic. // Mediterranean Journal of Social Sciences. 2015. 6 (3 S 5), 225-232.
83. Zamorano, M.M., Rodríguez Morató, A. The cultural paradiplomacy of Barcelona since the 1980s: understanding transformations in local cultural paradiplomacy // International Journal of Cultural Policy. Volume 21, Issue 5, 20 October 2015. – Pages 554-576.
84. Koptseva N.P. Vliyanie sovremennykh kul'turnykh praktik na etnicheskuyu identichnost' korennykh malochislennykh narodov Tsentral'noi Sibiri // Sotsiodinamika. - 2014. - 6. - C. 1 - 27. DOI: 10.7256/2409-7144.2014.6.12201. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_12201.html