Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Sociodynamics
Reference:

GR – yesterday, today, and tomorrow. Peculiar in the portrait perception of GR-communications in Russia

Asevedo-Yakubovskaya Karina

Post-graduate student, the department of Government Administration and Political Processes, State University of Management

109542, Russia, Moscow, Ryazanskiy Prospekt 99

raketa416@yandex.ru
Other publications by this author
 

 

DOI:

10.25136/2409-7144.2017.5.20430

Received:

18-09-2016


Published:

04-06-2017


Abstract:   At present stage, the political elite faces a difficult task associated with the need for establishment of a new model of economic, political, and social modernization, the successful realization of which in many ways will depend on the decision to depart from the pressing previous experience of the policy of unilateral influence. The state is still called to play a leading role in new modernization of Russia, but this time, in order to achieve success it must function in tightest cooperation with society and business community as a bearer of corporate culture. Business, in turn, attains special place in such triangle, because it reflects the main hopes regarding the establishment of the dynamic innovation economics and impulse of social development. All the aspects listed above, make relevant the demand in finding the efficient points of interaction between the business community and the government authorities, as well as the need for creation of the new communication platforms of mutually beneficial dialogue. In other words, becomes crucial the question of establishment and development in Russian of the so-called sphere of Government Relations (GR) and attention to the process of its institutionalization. Exclusiveness and specificity of the political process in Russia are presents as the unconditional components of the process of institutionalization of the sphere of connections of business community with the government authorities. The conclusion is made that the pressing character of Soviet past alongside the national historical peculiarities of the Russian political culture significantly affect the concept of GR-communications in our country, and in many ways, impede the process of its establishment.  


Keywords:

Corporate lobbying, Groups of interest, GR and lobbying, Lobbying, GR-communication, State and business community, Political communication, Dialogue with the business, Business and authorities, GR


Для успешного всестороннего развития, государство должно суметь создать механизм постоянного внутреннего обновления своего общества и политической системы, динамичную экономическую модель, способную к постоянным качественным изменениям, самонастройке, адекватному и своевременному ответу на все внешние вызовы, социально ответственную и могущую обеспечить высокий уровень жизни и возможность самореализации гражданам нашей страны. [1]

Таким образом, для повышения уровня конкурентоспособности нашей страны, как экономической, так и социально-политической, необходима координированная и слаженная работа всех вовлеченных заинтересованных субъектов. Именно способность к компромиссам, стремление к выработке консенсуса и учет взаимных интересов способны стать катализатором масштабных качественных изменений во всех сферах жизни общества, в первую очередь в экономической.

Сегодня бизнес-сообщество – один из наиболее значимых участников в политическом процессе как национального, так и глобального масштабов. Поэтому для государственной власти становится важным учитывать интересы представителей бизнес-структур и стремиться к компромиссу по общим вопросам.

О том, что условия для ведения бизнеса в России являются скверными, говорится и пишется очень давно. Тем не менее именно в последнее время власть стала предпринимать видимые усилия для изменения инвестиционного климата. [Цит. по: 2] В выступлениях представителей политической элиты и анонсируемых ими агитационных обещаниях, деятельность бизнес-сообщества, в особенности среднего и малого его сегментов, с середины 2000-х годов стала объектом пристального внимания государства, а взаимоотношения с ним включены в разряд важных и приоритетных государственных задач. [3]

Вопросы повышения эффективности государственной поддержки малого бизнеса; расширения доступа предпринимателей к кредитным ресурсам, решение проблем, связанных с кадровым обеспечением, налоговым и правовым регулированием, в том числе трудовых отношений, проведением проверок со стороны контрольно-надзорных органов [4] приобрели ключевой характер в подходе государственной власти к налаживанию взаимоотношений с бизнес-структурами.

В этом аспекте хочется отметить, что хотя политический вес и политическая роль того или иного субъекта бизнес-сообщества во многом зависит от наличия тех или иных ресурсов – экономических, материальных, социальных, в последнее время, при построении отношений с органами государственной власти в России первостепенное внимание смещается с, так называемого корпоративного капитала, на политические, репутационные, коммуникативные и интеллектуальные ресурсы корпорации. Во многом, это происходит потому, что в высших управленческих слоях российского государства в последние годы сформировался устойчивый спрос на управленческие технологии, способные обеспечить наиболее рациональные способы и механизмы реализации функций политической системы, а также направленные на повышение эффективности политических процессов и достижение поставленных перед страной целей и задач. [5]

Соответственно, ключевым становится вопрос о том, каким должно быть такое сотрудничество в современных российских реалиях, необходима ли нам сегодня система совместного целеполагания и принятия решения между бизнесом и властью, требуются ли какие-либо изменения в сфере взаимодействия бизнес-сообщества с властью.

Известен пример изменения места и роли ассоциаций во взаимоотношениях бизнеса и государства в развитых странах, на примере США, Японии и ряда Европейских государств. Достаточно подробно проведен анализ классических форм отношений, сложившихся в этих странах за последние полвека. На основе этого материала и другой научной литературы реконструированы основные изменения в представительстве интересов бизнеса, под оказанием на них влияния таких факторов как постиндустриализм, глобализация и информатизация. Большое упоминание такого опыта и его возможной роли в построении модели новой государственности можно было наблюдать в России в начале 1990-х годов.

Однако, предположения о том, что Россия может слепо скопировать западный опыт и безболезненно перенести его на национальные институты, уже развеялись. Национально-культурная самобытность и фактор эксклюзивности в политическом процессе нашей страны предопределяют необходимость адаптации западной модели связей между бизнес-сообществом и властью.

Нельзя обойти стороной тот факт, что Россия в своем государственно-политическом развитии принадлежит скорее к восточной традиции государственности, в противовес западных ценностных ориентиров политико-правовой культуры, в которой немаловажная роль всегда отводилась либеральным принципам. В классическом понимании западной традиции политической культуры основополагающим видится прежде всего автономия личности и ее эмансипация от государства. В России же, с присущими национальной традиции этатизму и патернализму практически во всех политических отношениях [6], определяющая роль государства в бизнес-процессах является не только следствием сложившейся экономической конъюктуры, но и важной социально-культурной традицией.

Указанная выше специфика, безусловно, определяет особую роль бизнес-коммуникаций с таким субъектом как государство, но второй стороной медали оборачивается сакрализация власти обществом, безусловное принятие ее приоритета и неоспоримости и, в связи с этим, отсутствие культуры политико-правовой традиции. Соответственно, свое активное развитие получил опыт неформального взаимодействия заинтересованных лиц и объединений с представителями власти. Крайней точкой здесь явилось вытеснение практически любых попыток лоббирования субъективных бизнес-интересов в конце 90-х годов прошлого века в откровенно коррупционную, а порой и уголовно-криминальную сферу. Иными словами, инструменты продвижения интересов со стороны бизнес-сообщества приобрели сугубо теневой характер.

Другая особенность процесса политической институционализации в России состоит в том, что исторически почти все крупные предприятия страны – от петровских мануфактур до советских гигантов – были созданы при прямом участии государства. Поэтому и сегодня бывает практически невозможно отделить бизнес, особенно крупный, от государства.

Выстраивание прозрачных и конструктивных отношений между предпринимателями и властью осложняются и другими факторами, например, спецификой российской приватизации, результаты которой до сих пор не до конца понятны и приняты обществом; излишней бюрократичностью российского госаппарата; незавершенностью политического транзита; сырьевым характером экономики.

Кроме того, еще раз подчеркнем значение советского наследия и классовой ориентации в истории нашей страны. В периоды советской модернизации каналы GR-продвижений были максимально сужены и минимизированы, вследствие жестко выстроенной вертикали власти, без предполагаемого присутствия в ней горизонтальных связей. К тому же в условиях, когда представители бюрократии сами не могли защитить свои интересы, а зачастую и жизнь, неформальные договоренности и связи были попросту смертельно опасными как для карьеры чиновника, так и для его жизни, а должность существования формального института по взаимодействию с заинтересованными субъектами попросту отрицалась, ни о каком становлении или развитии сферы GR-деятельности не могло быть и речи.

Стоит отметить, что несмотря на отсутствие частной собственности и предпосылок для развития деловой корпоративной инициативы в целом в советской идеологии, в хрущевский период, а особенно в брежневский, наблюдается активное разрастание горизонтальных связей и выстраивание неформальных контактов в рамках теневой коррупции едва ли не на всех этажах власти. [7] Однако эти практики не имеют ничего общего с GR-взаимодействием и лишь осложняют своим наличием в ретроспективе становление цивилизованного коммуникационного взаимодействия в институте отношений между заинтересованным сообществом и властью.

Конечно, прошли те времена, когда инструмент лоббизма любого корпоративного интереса носил откровенно криминальные и коррупционные формы. Сегодня в российский политический процесс активно пришли представители, так скажем «легального лоббизма», - это специализированные департаменты по взаимодействию с органами власти. Современные реалии диктую правила, существуя в рамках которых не только

крупные федеральных компании и отраслевые гиганты нуждаются в наличии таких департаментов, но и представители среднего и малого бизнеса, в целях выживаемости, вынуждены идти на контакт с органами власти разного уровня.

Еще одним немаловажным актором сферы взаимодействия представителей властных структур с бизнес-сообществом являются также и профессиональные ассоциации конкретных секторов рынка, официально занимающихся продвижением интересов представляемого субъекта. Именно за счет представительства в таких организациях субъекты небольших рыночных сегментов получают возможность громогласного изъявления своих интересов.

Корпоративные и отраслевые ассоциации официально принимают участие в разработке проектов законов, организуют тематические встречи и конференции, и что немаловажно, оказываются способными влиять на формирование общественного мнения.

Среди прочих факторов, влияющих на характер взаимоотношений между бизнес-сообществом и властью, нельзя не заметить, что развитие информационных технологий в течение последних 20 лет и появление новых видов коммуникации оказывает не менее существенное влияние на процесс взаимодействия бизнес-структур и органов государственной власти. Внедрение в систему административного управления концепции открытой власти делает процесс такого взаимодействия более открытым, оперативным и эффективным. Это означает, что интернет-коммуникация может нивелировать статусные позиции ее субъектов: даже представители совершенно небольших бизнес-организаций получают возможность обратиться напрямую к представителям политической элиты, получить обратную связь, повлиять на принятие конкретного решения. [8]

В качестве резюме выделим факторы влияния на становление и развитие сферы GR в нашей стране:

1) Преобладающая роль государства во всех сферах экономической жизни нашей страны;

2) Переориентация государственной политики на демократические принципы в управлении;

3) Формирование постиндустриального информационного общества нового типа, подразумевающего под собой внедрение технологий открытости и партнерства;

4) Институционализация сферы GR под влиянием специфичности большинства составляющих политического процесса в нашей стране.

Под итогом здесь заметим, что довлеющий характер советского прошлого и национально-исторические особенности нашей политической культуры, нередко неоднозначные и радикальные, оказывают существенное негативное влияние на сущность GR-коммуникации в нашей стране и тормозят процесс ее становления.

Ввиду этого, сегодня перед политической элитой стоит нелегкая задача, связанная с необходимостью построения новой модели экономической, политической и социальной модернизации, успешное осуществление которой во многом будет зависеть от решения отойти от довлеющего прошлого опыта политики одностороннего воздействия. В связи с этим, интересным для автора видится аспект формализации GR-деятельности в существующих российских реалиях, и в рамках специфичности и эксклюзивности большинства политических процессов в нашей стране.

Таким образом, невозможно обеспечить инструментальную технологическую модернизацию, не прибегая к изменению делового климата, инвестиционной политики и конкурентного режима. В этой связи, с представлением о новой модели GR-коммуникации и активном включении ее в российский политический процесс, необходимым отмечается предпосылка говорить о становлении и модернизации GR-взаимодействия в контексте общих социально-экономических преобразований.

References
1. Biznes i vlast' v Rossii. Teoriya i praktika vzaimodeistviya / pod nauchnoi redaktsiei A.N. Shokhina, Natsional'nyi issledovatel'skii universitet «Vysshaya shkola ekonomiki», 2011, S. 5.
2. Yakovlev A.A., V poiskakh novoi sotsial'noi bazy ili pochemu rossiiskaya vlast' menyaet otnoshenie k biznesu – M.: Izd. dom Vysshei shkoly ekonomiki, Seriya WP14 «Politicheskaya teoriya i politicheskii analiz», 2013. – S. 20.
3. Freinkman L.M., Yakovlev A.A., Agentstvo strategicheskikh initsiativ kak novyi dlya Rossii «institut razvitiya»: pervye rezul'taty deyatel'nosti, faktory uspekha i vozmozhnye riski v kontekste mezhdunarodnogo opyta [Elektronnyi resurs]: preprint WP1/2014/02/ – M. : Izd. dom Vysshei shkoly ekonomiki, 2014., 44 s.
4. URL:http://www.kremlin.ru/events/president/news/49214, Stenogramma zasedaniya Gosudarstvennogo soveta po voprosam razvitiya malogo i srednego biznesa, 07.04.2015, Data obrashcheniya: 28.08.2016.
5. Matveenkov D.O., Evolyutsiya instituta GR v sisteme chastno-gosudarstvennogo partnerstva v sovremennoi Rossii, dissertatsiya na soiskanie uchenoi stepeni kandidata politicheskikh nauk, Moskva, 2011, S.14.
6. Omel'chenko N.A., Kazban E.P. “Istoriya gosudarstvennogo upravleniya v Rossii”/ uchebnik – M.: Gardariki, 2007, S. 20.
7. Shatilov A.B., Nikitin A.S., GR dlya effektivnogo biznesa // M.: FORUM, 2011, S. 14.
8. GR: Teoriya i praktika: uchebnik /pod red. I. E. Mintusova, O.G.Filatovoi — SPb.: Izd vo S-Peterb. un-ta, 2013. — S. 49.