Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Security Issues
Reference:

Topical issues of the security strategy of small states

Kovalev Andrei Andreevich

PhD in Politics

Associate Professor at the North-West Institute of Management, branch of RANEPA

199178, Russia, Sankt-Peterburg oblast', g. Saint Petersburg, ul. Srednii Prospekt, V.o., 57/43

senator23@yandex.ru
Other publications by this author
 

 

DOI:

10.25136/2409-7543.2021.2.34906

Received:

21-01-2021


Published:

13-05-2021


Abstract: The goal of this article lies in examination of the topical issues of modern security strategy implemented by small states. For achieving the set goal, the author solves the following tasks: 1) define a “small country” as a concept of modern political science; 2) outline the current needs and problems of small states; 3) analyze the existing and possible security strategies of small states. Analysis is conducted on the security strategies used by small states, as well as the policy of small states in the current complicated international situation that threatens the security of all mankind. The Modern small states face a range of problems related to security, which determine their foreign policy behavior and security strategies. Small states are much more vulnerable than major powers, and thus are limited in their domestic and foreign policy. In order to enhance their security and sustainability, as well as have greater influence and meet their own economic and political needs, the small states either seek partners and allies to fulfill their goals or remain neutral. The security strategies of small states are aimed at improving their chances to stay the course and conduct their independent policy in the modern conditions of civilizational clash and escalating confrontation. Depending on their geography, historical fate, and existing limitations from the perspective of economic, political, and territorial capabilities, the small states choose different behavioral models in their foreign policy.


Keywords:

international relations, small state security, strategy security, NATO, neutrality, autonomy, security, civilizational confrontation, confrontation, foreign policy


ВВЕДЕНИЕ

Вопрос о том, какие стратегии должны использовать малые государства для равноправного участия в международной системе безопасности, привлек внимание теоретиков политологии и самих политиков сразу после окончания холодной войны. Изменения в международной системе после распада Советского Союза привели к созданию многих независимых государств, которые стали новыми акторами в международных отношениях [4]. Растущее число малых государств вызвало повышенный интерес к внешнеполитическому поведению такого рода участников международной политики и их способности адаптироваться к перманентно изменяющемуся геополитическому ландшафту. После окончания холодной войны малые государства в центральной и восточной Европе наслаждались некоторое время призрачным миром и наступившей квази-стабильностью. Растущая взаимозависимость друг от друга и преобразованная геополитическая среда снизили риск военных вторжений и расширили возможности для маневра с точки зрения внешней политики малых государств. В связи с растущей значимостью международных организаций, малые государства также получили новые возможности для осуществления своего влияния и более самостоятельной деятельности на международной арене.

Однако последние несколько лет были бурным периодом в международной политике. Растущая независимость России от стран западной цивилизации и все увеличивающаяся мощь Китая привели к ситуации цивилизационного противостояния. Международная обстановка последних лет потребовала переориентации внимания на традиционные проблемы безопасности. Малые европейские государства начали пересматривать свои стратегии в сфере безопасности, поскольку они вновь столкнулись с изменением стратегической обстановки [1]. Для реагирования на реально возникающие или «фантомные» вызовы собственной безопасности малые европейские государства в регионе Балтийского моря и Центральной Европе приступили к пересмотру своей политики в области безопасности и принятию новых мер по преодолению возникающих или воображаемых угроз.

Большая часть политических опасений и тревог связаны с растущей и близкой к параноидальной фобией лидеров бывших советских республик и восточноевропейских стран «народной демократии» вновь оказаться под влиянием России как центра Русского мира. Поэтому нашей стране следует взвешенно подходить к выстраиванию отношений с малыми государствами - как с бывшими соотечественниками, так и прошлыми друзьями соратниками.

Это обстоятельство делает актуальным и своевременным исследование различных аспектов внутренней и внешней политики малых государств. Цель данной статьи – рассмотреть актуальные вопросы современной стратегии безопасности, реализуемой малыми государствами. Для достижения этой цели целесообразно решить следующие задачи: 1) определить «малое государство» как понятие современной политологии; 2) выявить основные современные потребности и проблемы малых государств; 3) проанализировать стратегии безопасности малых государств. Объектом исследования выступают малые государства, а предметом – стратегия безопасности малых государств.

Для лучшего понимания различных моделей поведения малых государств в изменяющихся условиях безопасности в данной статье рассматриваются различные стратегии, которые малые государства, как правило, используют для компенсирования и устранения своей незащищенности. В статье будет представлен обзор теоретических дискуссий о том, как определить «малость» государства и как она соотносится с потребностями и мотивами в плане выбора той или иной стратегии политики безопасности.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Методология исследования включает элементы общенаучного, сравнительного и сопоставительного анализа. В статье используются историко-логический и конкретно-политологические методы (ситуационный анализ, метод экспертной оценки).

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ.

РЕЗУЛЬТАТЫ

В последние годы наблюдалось оживление научной дискуссии о выборе, касающемся политики безопасности малых государств. Малые государства отличаются от более крупных держав во многих аспектах, которые влияют на их политические решения в области безопасности. Хотя малые государства в основном рассматривались крупными державами как равные партнеры в период после окончания холодной войны, большинство из них оказались недостаточно сильными, чтобы самостоятельно ориентироваться в сфере безопасности. Их свобода действий зависит от географических и геополитических условий, внутренних реалий, уровня экономического развития, членства в международных организациях и даже социальной сплоченности внутри самого государства [3].

Малые государства отличаются не только от больших государств, но и между собой. Несмотря на схожие характеристики, сами малые государства не обязательно проводят одинаковую внешнюю политику. Существуют различия в их международном восприятии, внутренних и внешнеполитических условиях, интересах и мотивах их решений, что приводит к различным стратегиям внешней политики в разных частях земного шара [6]. Так, Швейцария, как небольшое государство, обладает высокой степенью автономии и в то же время остается политически нейтральной. Напротив, экономически менее развитые три балтийские страны, бывшие советские республики Латвия, Литва, Эстония, использовали принципиально разные внешнеполитические стратегии для того, чтобы активно действовать в регионе Балтийского моря. На протяжении многих лет скандинавские монархии также разрабатывали различные подходы к обеспечению безопасности. Холодная война выявила глубокие различия в понимании безопасности между северными странами, когда Дания и Норвегия решили выступать на стороне НАТО против Советского Союза, а Финляндия оставалась нейтральной. Дания также решила повысить свой международный статус и собственную безопасность путем активного участия в международных миссиях и «высокой степенью лояльности к США», в то время как Норвегия и Финляндия повышали собственную безопасность путем укрепления военной силы своих стран.

Обратимся к проблеме определения понятия малого государства.

Определение понятия малого государства важно для того, чтобы выявить его основные проблемы и лучше объяснить возможные внешнеполитические решения. Однако оживленный дискурс по определению малого государства порой лишь уводит от ясного ответа, затемняет первоначальную ясность понятия.

Исторически малые государства рассматривались как те государства, которые не были великими державами. Другими словами, они были слишком слабыми, чтобы внести какие-либо существенные изменения в наличный международный порядок или изменить его правила. В этой связи малые государства характеризуются как «более слабая часть в асимметричных отношениях, которая не в состоянии изменить характер или функционирование отношений сами по себе».

Такая «слабость» малого государства объясняется его количественными характеристиками, а именно малыми размерами территории, населением, экономикой или очень ограниченным военным потенциалом. Еще в 1971 году Лоис Жаке в работе «Роль малого государства в системе альянса» отметил, что «малое государство - это государство, которое ни в глобальном, ни в региональном масштабе не способно навязать свою политическую волю или защитить свои национальные интересы путем проведения силовой политики» [9]. Иными словами, малое государство не в состоянии защитить свои национальные интересы собственными политическими или военными средствами.

Материальные факторы обычно используются для характеристики малого государства. Однако некоторые авторы рассматривают размер как относительный термин, утверждая, что одно только определение, основанное на территориальном потенциале, мало что говорит нам о реальном значении государства и о том, как оно связано с его внешнеполитическим поведением [8],[14]. Например, Дания является небольшим государством в НАТО, но великой державой по отношению к странам Балтии. Выше мы приводили пример значимости небольшой и нейтральной Швейцарии для всего мира.

Традиционные чисто материальные показатели социального бытия, такие как военный потенциал или сильная экономика, являются важными факторами, определяющими проблемы и границы деятельности малых государств, но недостаточными для объяснения их внешней политики. Исторические или географические контексты также важны, особенно если они определяют асимметричные отношения. Стратегическая сфера существенным образом изменяет повестку дня малых государств в области безопасности, поскольку эти государства расположены в различных районах с различными соседями и сталкиваются с различными проблемами. Кроме того, размер не мешает малым государствам активно участвовать в международной политике и оказывать на нее свое влияние. Швеция, Финляндия и Дания, несмотря на свою малочисленность, являются активными участниками международных военных операций. Малые государства могут также выносить на обсуждение важные вопросы и оказывать влияние в рамках международных организаций, отстаивая конкретные вопросы. Например, Литва очень активно выступает за санкции против России, несмотря на то, что она является более слабой стороной в этих асимметричных отношениях.

Американский политолог Роберт Кохейн предложил альтернативное определение малого государства, основанное на предполагаемом потенциале безопасности, когда элита государства не рассчитывает оказывать влияние, действуя в одиночку или в небольшой группе [10]. Это определение само по себе субъективно, но в сочетании с другими материальными факторами оно может помочь сформулировать более точное определение малого государства. Аналогичное определение было предложено Робертом Ротштейном, который описал малые государства как страны, которые признают, что они не способны обеспечить собственную безопасность, не полагаясь на другие государства, институты или процессы. Эта невозможность полагаться лишь на свои собственные потенции должна быть признана и другими государствами [13].

Другие исследователи описали малые государства на основе государственной потенции осуществления власти. По их мнению, малые государства «застряли в конфигурации власти и ее институциональном выражении, независимо от того, каково их конкретное отношение к ней» [17]. Это означает, что малые государства не могут изменить условия международной политики. По нашему мнению, реальные политические отношения, а не территориальный размер, являются решающими факторами, которые могут объяснить различия во власти и определить при определенных условиях государство как малое.

В конечном счете, нет общепринятого определения малого государства, потому что всегда есть некоторый релятивизм, прослеживающийся в любой дискуссии. Термин «малое государство» определяется как отношением власти этого государства к окружающей международно-правовой среде, так и количественными факторами, определяющими проблемы, ограничения и возможности малых государств осуществлять свое влияние и самостоятельно принимать решения в сфере политики безопасности. Все это выводит исследователей на более тщательное рассмотрение современных потребностей и проблем малых государств. Обратимся к этому вопросу.

Изучение потребностей малых государств может помочь лучше понять их внешнеполитические стратегии. В зависимости от внутренних и международных условий, малые государства выбирают политику, которая наилучшим образом отражает их потребности и способствует достижению благоприятных внешнеполитических целей.

Малые государства сталкиваются со многими проблемами, некоторые из которых играют важную роль в их существовании. В дополнение к традиционным военным угрозам малые государства сегодня также сталкиваются с нетрадиционными вызовами безопасности, такими как терроризм, экологические катастрофы, гибридные угрозы, кибератаки или экономическая и социальная уязвимость [5]. Для решения широкого круга проблем требуются возможности, которых обычно не хватает малым государствам в абсолютном или относительном выражении. Они имеют более слабые - по сравнению с крупными государствами - экономику и вооруженные силы, ограниченные дипломатические ресурсы, в большей степени страдают от различных экономических или политических зависимостей и имеют меньше средств для борьбы с более сильными государствами.

Стратегия безопасности малого государства учитывает два элемента: влияние и автономию. Малые государства стремятся как увеличить свое международное влияние, так и сохранить собственную автономию. Учитывая существующие внешнеполитические условия, малые государства выбирают политику, которая наилучшим образом отражает их потребности: либо более пассивную, нейтральную роль, либо активное участие. Однако усиление влияния не всегда приводит к увеличению их автономии или наоборот. Малые государства не могут быть в равной степени вовлечены в процесс принятия решений или вынуждены участвовать в международных действиях, которые не соответствуют их целям или ценностям, что может привести к потере автономии или влияния. В результате безопасность и влияние - это две вещи, которых не хватает большинству малых государств и которые они хотят достичь.

Как отметили Балдур Торхаллссон и Сверрир Стейнссон, малым государствам нужна международная система гарантий мира и безопасности, подтвержденная могущественными государствами или организациями [16]. В ряде научных публикаций подчеркивается важность международной организации как средства повышения безопасности и влияния малых государств [2],[15]. Поскольку малые государства сталкиваются с более значительными внешними угрозами по сравнению с крупными государствами, то международный порядок, основанный на правилах и нормах, обеспечивает им большую стабильность, а гарантии безопасности более крупных держав и организаций компенсируют отсутствие у них подлинной самостоятельности, хотя и обеспечивают некоторую степень внешнеполитической независимости. Кроме того, международные организации, если они основаны на равном членстве, также служат платформой для осуществления влияния малых государств, «ставя их на дипломатическую и правовую основу с более крупными государствами».

Малые государства также сталкиваются с экономической нестабильностью, которая определяет их внешнеполитические цели. Государства страдают от неэкономичности масштаба производства и распределения, подверженности высоким уровням риска из-за малочисленности населения и ограниченной способности вести переговоры с более крупными державами. Малые государства также вряд ли будут широко развивать добычу ресурсов. Они могут стать жертвами экономических санкций и давления, оказываемых на их внутренние структуры, что сделает их еще более уязвимыми и зависимыми от внешних субъектов. Следовательно, для удовлетворения своих потребностей в экономической безопасности малые государства нуждаются в доступе к открытой глобальной экономике и свободной торговле, которая иногда ограничена для них.

Признание ограничений и проблем, с которыми сталкиваются малые государства, приводит к еще одному вопросу, касающемуся того, какие именно стратегии малые государства склонны применять для компенсации своего положения и удовлетворения внешнеполитических потребностей. Обратимся к рассмотрению стратегий безопасности малых государств.

Существует несколько стратегий, которые малые государства используют для достижения реальной стабильности и безопасности и получения большего влияния по отношению к другим субъектам международных отношений. Малые государства могут либо взаимодействовать с великими державами и совместно противостоять потенциальным угрозам, разрабатывая стратегии хеджирования (уменьшения рисков), либо оставаться нейтральными. Малые государства также могут искать опеку в международных отношениях. Каждая из этих стратегий преследует одну и ту же цель обеспечения большей безопасности, а также отражает различные обстоятельства и уязвимость малых государств.

В своих работах о политике малых государств Балдур Торхаллссон и Сверрир Стейнссон [16], а также Дэвид Лейк [12] утверждают, что малые государства имеют тенденцию «подчинять себя доминирующим государствам» и, следовательно, либо присоединяются к угрожающим их безопасности державам, либо вступают в альянсы, чтобы уравновесить отношения против влиятельных игроков. Эти поведенческие ожидания основаны на традиционных теориях, касающихся международных отношений. Эти теоретические представления основаны на предположении, что малые государства подчиняются анархической структуре международной системы. Следовательно, они вынуждены согласовываться с большими державами, чтобы получить более высокий уровень безопасности.

Альянсы могут быть двусторонними или многосторонними, состоящими как из малых, так и из великих держав. По нашему мнению, малые государства охотно подчиняют себя другим, чтобы получить больше защиты и порядка, поскольку они могут извлечь выгоду из иерархических отношений тремя способами: 1) повышение безопасности и территориальной целостности; 2) определение прав собственности внутри страны и за рубежом путем снижения рисков потенциальных споров; 3) установление стандартов международного поведения.

Согласно сторонникам традиционной теории альянса, государства, как правило, используют две широкие стратегии при столкновении с угрозами безопасности: 1) согласование с более слабыми союзниками, чтобы выступить против потенциального агрессора, 2) договоренность с силой, угрожающей безопасности страны и потенциальным победителем. Обе эти стратегии основаны на имеющихся у малого государства возможностях [11].

Совместный альянс малых государств с могущественными международными акторами произойдет с большей вероятностью, если возможности потенциального сильного союзника будут сопровождаться географической близостью, наступательными действиями или намерениями. Есть два фактора, которые побуждают малые государства выбирать эту стратегию. Во-первых, сами малые государства присоединяются к более сильным державам до того, как они станут потенциальной угрозой. Во-вторых, присоединение к сильному актору повышает их влияние в Североатлантическом Альянсе. Это показывает относительно недавняя история с прибалтийскими республиками и Польшей, вошедшими в НАТО. Более слабые государства также склонны балансировать, когда им угрожают силы с равными возможностями, и побеждать, когда они сталкиваются с большими силами.

Следуя этой идее, малые государства предпочитают объединяться с быстро развивающейся державой вместо того, чтобы выступать против нее в международной политике и соглашаться на подчинение в обмен на существенные выгоды. Это происходит потому, что малые государства, как правило, приносят мало пользы коалиции сильных государств.

Альянсы обычно объединяют своих членов со схожими стратегическими интересами и идеологиями и взаимно усиливают друг друга. Альянсы могут быть оборонительными или наступательными, предназначенными для нападения на третью сторону или нацеленными на защиту ее членов в случае нападения. Современные альянсы, такие как НАТО, высоко институционализированы с формальным коллективным обязательством защищать свои страны-члены. Вступление в альянс может помочь малым государствам оказывать влияние на конкретные вопросы внешней политики и продвигать свой международный статус за пределы нейтралитета или неприсоединения.

Более слабые государства вступают в альянсы, чтобы защитить себя от потенциальных противников и повысить стабильность. Принадлежность к определенному альянсу увеличивает шансы на получение политической поддержки и военной помощи от других крупных партнеров. Альянсы также могут помочь в распределении экономического бремени, объединяя материальные ресурсы, которых обычно не хватает в небольших государствах. Оборонительные союзы также повышают безопасность и сдерживание малых государств из-за их приверженности коллективной обороне. Однако следует отметить, что вступление в альянсы также может иметь свои недостатки. В обмен на защиту, более крупные державы могут ограничивать свободу малых государств в политическом маневре или оказывать на них дополнительное давление, вмешиваясь в их внутренние или иностранные дела.

НАТО - пример современного военного альянса, который, как всегда утверждали на Западе, был создан в ответ на возникающую угрозу распространения коммунизма. Хотя НАТО был создан в апреле 1949 года, а Варшавский договор, объединивший в себе восточноевропейские страны народной демократии, был заключен лишь в мае 1955 года. Малые западноевропейские государства рассматривали это как основную гарантию своей безопасности, ибо США и крупные западные державы были способны совместно противостоять потенциальному противнику. История показала, что НАТО – не только оборонительный альянс. Это – межгосударственная организация, способная решать сугубо наступательные задачи.

Исходя из общих интересов и ценностей, НАТО объединяет сегодня 29 государств-членов, из которых одну треть составляют малые государства. НАТО является высоко институционализированной структурой с обязательствами по коллективной обороне, предоставляющими странам явные преимущества членства. В этом отношении малые государства рассматривали НАТО как потенциально более сильную общность, способную противостоять противнику, и как платформу для повышения своего собственного международного статуса.

Великие державы играют огромную роль в управлении рисками малых государств. Они предоставляют малым государствам дополнительные ресурсы, военный потенциал и политическую поддержку. Однако великие державы могут навязать свою политическую волю малым государствам или даже ограничить их свободу действий, включая их в свою «сферу влияния». В связи с этим актуализируется вопрос: как должны действовать малые государства, чтобы избежать возможных опасностей со стороны великих держав.

Есть еще один вариант, который малые государства могут использовать в отношении других держав - стратегическое хеджирование. Стратегическое хеджирование обычно определяется как «поведение страны, стремящейся компенсировать риски путем выбора многосторонней политики с намерением обеспечить реакции взаимного реагирования». Эта стратегия направлена на то, чтобы избежать одной конкретной политики – балансирования между крупными акторами, подавлением или нейтралитетом, и направлена на снижение потенциального риска в отношении региональных держав без ярко выраженного противостояния.

Стратегическое хеджирование применяется, когда государства не хотят поддерживать ни одну сторону в международных конфликтах и спорах, опасаясь, что это может привести к более высоким рискам безопасности. Эта стратегия находится между политическим балансированием и окончательным выбором союзника, и для ее достижения необходимо выполнить следующие условия. Государства, которые применяют стратегическое хеджирование, не должны сталкиваться с угрозами со стороны растущих региональных сверхдержав, и их среда безопасности не должна основываться на «жесткой логике блока», допускающей некоторую гибкость в том, что касается непривязанности к одной стороне. Практическим примером реализации такой стратегии может служить случай стран Юго-Восточной Азии, которые из-за прямого влияния Соединенных Штатов и Китая используют стратегическое хеджирование в качестве наиболее частого варианта альтернативной стратегии безопасности. Эта стратегия позволяет им поддерживать связи с обеими сторонами, не будучи привязанными к какой-либо одной державе. Балансировка может быть стратегически ненужной и политически провокационной или даже контрпродуктивной, что ведет к потере потенциальных экономических выгод. Это также может быть политически рискованным и ограничивать свободу действий малых государств.

Малые государства, не желающие присоединяться ни к одной из держав, могут проводить политику нейтралитета. Нейтралитет, или неприсоединение, может быть определен как «симметричные стратегические отношения или стратегическая независимость от обоих силовых полюсов». С правовой точки зрения нейтральные государства обязаны не участвовать в войнах и не поддерживать стороны в военном отношении. Они также должны быть готовы защищать себя в случае нарушения их территориальной целостности или суверенитета.

Долгое время политика нейтралитета была альтернативной концепцией политики безопасности для малых государств. Малые государства приветствовали нейтралитет как инструмент сохранения своего суверенитета и автономии. Согласно реалистической теории, решение государства не вести войну направлено на повышение его шансов на независимость и территориальную целостность.

Малые государства принимают нейтралитет, чтобы избежать участия в конфликтах великих держав, демонстрируя, что они не представляют никакой угрозы для них, тем самым сводя к минимуму риск их вовлечения в конфликт. В этой связи нейтралитет воспринимается как способ урегулирования напряженности в отношениях с растущими региональными державами и обеспечения независимости и суверенитета.

Для некоторых государств, расположенных в непосредственной близости от враждебных стран, нейтралитет может быть наиболее вероятным вариантом ослабления напряженности и обеспечения собственной безопасности. Например, Финляндия была одним из тех малых европейских государств, которые оказались между двумя великими державами и поэтому решили остаться неприсоединившимися ни к одному из военно-политических блоков. Политика нейтралитета была направлена на обеспечение пространства для маневра при одновременном сохранении хороших отношений с Советским Союзом. Поскольку участие малых государств в международно-политическом взаимодействии, связанном с возможными рисками, может значительно повысить их уязвимость и ослабить их безопасность, то простое осуществление политики нейтралитета может предотвратить войну и сохранить независимость.

У небольших государств Западной Европы во время холодной войны было два варианта развития: либо присоединиться к военному альянсу, такому как НАТО или Варшавский договор, либо оставаться нейтральными. И Швеция, и Швейцария предпочли оставаться нейтральными и официально продолжают следовать этой политике сегодня. Однако некоторые могут утверждать, что участие Швеции в программе НАТО «Партнерство ради мира», ее членство в ЕС и активное участие в региональных военных учениях указывают на небольшое изменение в ее политике нейтралитета.

Политика нейтралитета Швейцарии, окончательно оформившаяся в 1815 году, восходит к шестнадцатому веку и может быть объяснена как реакция против доминирования более мощных государств, находящихся по соседству. Однако ее политика неприсоединения не означает, что страна не внесла свой вклад в обеспечение мирного сосуществования, или что она пыталась изолировать себя от активного участия в международных делах. Швейцария активно поддерживает организации, занимающиеся вопросами миростроительства и содействия целостной безопасности, и стала местом локации международных организаций, занимающихся вопросами урегулирования кризисов. В Швеции нейтралитет не означает изоляционизма или исключительно пассивного участия в международных делах. Политика нейтралитета всегда служила платформой для экспорта гуманистических ценностей и идей. Нейтральные страны внесли значительный вклад в разрешение и предотвращение конфликтов. Они также могут играть роль посредников, привлекающих внимание мирового сообщества к гуманитарным кризисам.

ОБСУЖДЕНИЕ

С момента окончания холодной войны нейтралитет де-факто исчез из официального дискурса, затрагивающего политику безопасности. Налицо противостояние цивилизаций, угрожающее перерасти в последнюю в истории человечества войну. Значительный вклад в этот процесс внесло расширение НАТО и Европейского Союза. Например, Швеция, Финляндия и Австрия изменили свою внешнюю политику и стали членами ЕС. Хотя ни одна из этих стран не присоединилась к НАТО и в военном отношении решила остаться свободной от Североатлантического альянса. Но и Швеция, и Финляндия очень зависят от помощи в области безопасности со стороны других европейских держав и США.

Современному малому государству порой приходится делать сложный выбор: с кем быть, к какому политическому блоку примкнуть. Этот выбор зачастую принимается политиками малых государств без учета воли народа и цивилизационных особенностей страны. Современная Украина, как и неоднократно в своей предшествующей истории, стоит перед выбором: следовать ли по традиционному для православной части населения ориентации на принадлежность к Русскому миру, или же двинуться на сближение с западной цивилизацией.

Но даже страны Европейского Союза никогда не примут Украину за европейскую страну: слишком различны цивилизационные и социокультурные основания Малороссии (за исключением ее западных территорий, традиционно ориентировавшихся на католицизм) и, например, Польши. Ведь те деятели, которые пытались оттолкнуть Украину от России, вошли в историческую память народа как предатели и отщепенцы: Иван Мазепа, Петр Дорошенко, Степан Бандера. Предателей можно героизировать на государственном уровне, но в ментальности народа они останутся предателями. Но в том-то и беда малых государств, что их политические лидеры зачастую делают выбор, не соотносящийся с чаяниями народа. И это относится ко многим бывшим советским республикам, которые пытаются окончательно отойти от Русского мира и разрушить веками создаваемые связи.

Малые государства нуждаются в различных путях для действенного решения сложных проблем безопасности, с которыми они сталкиваются. Это требует взаимодействия с различными участниками международных отношений. Для этого малые государства могут также использовать стратегию опеки и попечительства. Элисон Бейлс, Брэдли Тайер, Балдур Торхаллссон подвергли критике традиционную теорию альянса, предложив новую концепцию попечительства, разработанную, как они выразились, для лучшего удовлетворения потребностей малых государств и объяснения их внешнеполитического поведения. Авторы утверждают, что теория альянса предназначена лишь для объяснения действий великих держав, в то время как поведение малых государств может быть вызвано гораздо более сложными мотивами [7].

Малые государства стремятся уменьшить свою социальную, экономическую или политическую уязвимость путем объединения с великими державами или присоединения к международным организациям. Им нужна не только военная, но и экономическая или политическая помощь, а также доступ к инновациям или модернизации.

Концепция попечительства отличается от традиционной стратегии альянса в нескольких аспектах. Во-первых, она рассматривает малые государства как совершенно разные военные и социальные составляющие международной системы. Во-вторых, теория попечительства подчеркивает внутренние аспекты, которые приводят к выравниванию положения малых государств с более крупными государствами. В-третьих, соображения относительной выгоды могут быть несущественными в отношениях между малыми государствами и их партнерами, поскольку взаимовыгодное сотрудничество основано не только на расчетах власти. В-четвертых, малые государства нуждаются в политическом, экономическом и социальном попечительстве. Из-за своего размера малые государства, как правило, более уязвимы перед внешними факторами, такими как зависимость от иностранных рынков, торговли или политических изменений за рубежом. В-пятых, социальные и культурные отношения с внешним миром помогают избежать изоляции, которая ставит под угрозу существование и благосостояние малых государств. Наконец, попечительство также включает в себя трансформационные эффекты и издержки на социальное и политическое развитие малых государств. Стратегия попечительства демонстрирует, что малые государства нуждаются во внешней поддержке в нескольких измерениях. И эта поддержка осуществляется не только в сфере безопасности, но и в других областях, которые тесно связаны с решением малого государства выбрать конкретную внешнеполитическую стратегию.

Малые государства сталкиваются с целым комплексом проблем в сфере безопасности, которых нет у больших государств, и которые определяют их внешнеполитическое поведение и стратегии безопасности. Из-за своего небольшого размера и ограниченных возможностей защитить себя в военном или экономическом отношении, малые государства гораздо более уязвимы как во внутренней, так и во внешней политике по сравнению с крупными державами. Чтобы добиться большей безопасности и стабильности, а также оказывать большее влияние и удовлетворять свои экономические или политические потребности, малые государства либо ищут партнеров и союзников, либо сохраняют нейтралитет.

Каждая из существующих стратегий безопасности малых государств направлена на увеличение их шансов на выживание, но также несет в себе определенные риски. Более того, малые государства отличаются не только от крупных держав, но и между собой. Несмотря на то, что государства имеют схожие характеристики, государства, как правило, используют разные стратегии безопасности. В зависимости от их географии, исторических контекстов и существующих ограничений с точки зрения собственных возможностей, они выбирают различные модели поведения во внешней политике.

References
1. Bogaturov A.D. Mezhdunarodnye otnosheniya i vneshnyaya politika Rossii. M.: Aspekt Press, 2017. 479 s.
2. Kovalev A.A. Aktual'nye problemy natsional'noi bezopasnosti Rossii: teoreticheskie i prakticheskie aspekty. SPb.: Izd-vo Konovalova A.M., 2019. 302 s.
3. Kovalev A.A. Vliyanie protsessov globalizatsii i regionalizatsii na vopros natsional'noi i gosudarstvennoi bezopasnosti: put' ot ekonomiki do geopolitiki // Natsional'nye interesy: prioritety i bezopasnost'. 2017. T.13. № 6.S. 1150-1161.
4. Radikov I.V. Tsennostnyi podkhod v protsesse formirovaniya obshchei povestki dnya mezhdunarodnoi bezopasnosti // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 12: Politicheskie nauki. 2012. № 3. S. 41-45.
5. Seidov V.G. Vliyanie sredstv massovoi informatsii i kommunikatsii na mezhdunarodnye otnosheniya: monografiya. Penza: Izd-vo PGU, 2015. 205 s.
6. Shamakhov V.A., Kovalev A.A. Osobennosti politiki bezopasnosti Arkticheskogo regiona: povestka 2019 goda // Vestnik Povolzhskogo instituta upravleniya. 2019. t.19. №2. S.30-40.
7. Bailes A.J.K., Thorhallsson B., Thayer B.A. Alliance theory and alliance ‘Shelter’: the complexities of small state alliance behavior // Third World Thematics: A TWQ Journal. 2016. 1(1). p. 9-26.
8. Ingebritsen C., Neumann I., Gsthl S. Small States in International Relations. University of Washington Press, 2012. 352 p.
9. Jaquet L. The Role of a Small State Within Alliance System // Small States in International Relations. 1971. 149 p.
10. Keohane R. Lilliputians’ Dilemmas: Small States in International Politics // International Organization. 1969. 23(2). p. 291-310.
11. Krasner S.D. International regimes. Cornell University Press, 1983. 372 p.
12. Lake D.A. Hierarchy in International Relations. Cornell University Press. 2009. 232 p.
13. Rothstein R. Alliances and Small Powers. New York: Columbia University Press, 1968. 331 p.
14. Steinmetz R. Small States in Europe: Challenges and Opportunities. Routledge, 2016. 248 p.
15. Thorhallsson B. Small States and Shelter Theory. Taylor & Francis Group, 2019. 224 p.
16. Thorhallsson B., Steinsson S. Small State Foreign Policy. Oxford Research Encyclopedia of Politics. 2017.
17. Thorhallsson B., Wivel A. Small States in the European Union: What Do We Know and What Would We Like To Know? // Cambridge Review of International Affairs. 2006. 19 (4). p. 651-668.