Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Politics and Society
Reference:

Socioeconomic cooperation of Russia and China: problems and prospects

Vei Van

Post-graduate student, the department of Sociology, M. V. Lomonosov Moscow State University

644527, Russia, g. Moscow, ul. Leningradskie Gory, 1kzh

smm_spets@mail.ru
Other publications by this author
 

 

DOI:

10.7256/2454-0684.2018.6.26407

Received:

26-05-2018


Published:

04-07-2018


Abstract: The object of this research is the processes of socioeconomic cooperation of Russia and China at the present stage. The subject is the peculiarities of socioeconomic cooperation of the bordering regions of the Russian Far East and Northeast China under the current circumstances. In the course of this research the author examines the works of the foreign, Chinese and Russian scholars in the area of sociology and political science. The goal is to study the socioeconomic problems in Russia-China cooperation. Special attention is given to the integration of Russian regions into the Asia-Pacific Region. The author meticulously reviews such aspects as the socioeconomic situation of both countries, focusing on cooperation between them and providing recommendation on increasing the living standards of the population. The scientific novelty lies in the authorial formulation of an important paradigm of China-Russia cooperation, which will result in a beneficial cooperation. The drawn conclusions form the specific measures aimed at further development of the Russian Far East as a transboundary region capable of taking the country onto the new level of relationship with the countries of the most rapidly developing region of the world. The author determines the key characteristics of the integration process of Russia into the Asia-Pacific space, as well as gives recommendations on improving the investment climate in the Russian Far East.


Keywords:

The Asia-Pacific region, China, Russia, cooperation, interaction, Far East, social policy, Human Development Index, Jeanie's coefficient, Coefficient of funds


После распада Советского Союза глобальная система международных отношений подверглась значительной информации. Этот период ни одни политологи мира спрогнозировать не могли. Никто не знал, чем закончится этот распад. Политический истеблишмент того периода был ориентирован на Европу и Азию. В итоге в 90- е годы Россия получила инновационные, имеджевые, политические, экономические военно-стратегические потери в АТР. Степень разработанности темы. Проблема сотрудничества Китая и России находится в центре широкого общественного внимания. Над её осмыслением и решением работают многие китайские (Юй Бинь, Сунь Вань Ху,Сунь Тонин, Ли Фань, Ма Бейли, Чжэн Да, Лю Минея, Цзюн Хао, Цзин Юэцзин и др.) и российские исследователи ( Островский А., Алексеев М., Романов Н.,Гивоварова Э., Ларин В., Дудченко Г., Мотрич Е., Бергер Я., Ишаев В., Наумов И., Балакин В., Тарасов А., Гельбрас В., Рязанцев И., Халиков М.). В трудах китайских и российских ученых дан анализ экономических, политических, идеологических и духовно-нравственных аспектов реформирования Китая и России.

В этот период в России начался новый политический период, когда приходилось отстаивать свои интересы на Западе и на мировой арене.

Далее в 2000 году была принята «Концепция внешней политики РФ». Она свидетельствовала о смене внешнеполитического курса России по отношению к Центральной Азии. Новый внешнеполитический курс исходил из приоритета двухсторонних отношений с суверенными государствами Центральной Азии в ущерб традиционной ориентации на многосторонние отношения. Теперь центр тяжести внешнеполитического курса приходится не на регион как целое, а на отдельные его страны, рассматриваемые в качестве стратегических партнеров России.

С 2000 года ситуация начала меняться в корне. За последние 18 лет Россия выстроила отношения на международных площадках АТР. Со 2 по 9 сентября 2012 г. во Владивостоке прошел Саммит АТЭС. В соответствии со «Стратегией развития России до 2020» на Дальнем Востоке должен быть создан «центр социально-экономического развития», и очевидно, что подходящими возможностями здесь обладают только Владивосток и Хабаровск. Во время визита во Владивосток Президент России В.В. Путин указал необходимость сотрудничества с Китаем в рамках АТР. Что касается региональной власти, то одна из фундаментальных причин её стремления провести саммит в столице Приморья заключается в том, что, возможно, для региона это последний шанс осуществить качественный прорыв. Доминирующим фактором здесь выступает демографический: население страны сокращается, особенно активно и болезненно на Дальнем Востоке. Сокращение населения в Приморье, неравноценный миграционный обмен, сопровождаемый вымыванием высококвалифицированных специалистов и вообще людей, имеющих высшее образование за границу, — эти проблемы не теряют своей остроты с середины 90-х гг. [1].

Кризисные явления на Украине оказали влияние на мировую экономику в 2013-2015 гг. и не обошли стороной и экономику России. В итоге стало понятно, что локальный кризис втянул Россию в глобальные мировые кризисы. Как мы считаем, основной точкой соприкосновения а иногда и столкновения будем считать ближний восток. Ситуация с Украиной потребовала от России различного рода политических решений, как реакция на санкции запада в отношении России. В этот период Азиатско-Тихоокеанский регион получил свою поддержку со стороны российских властей. Санкции ограничили связи со многими странами. Поэтому, потеряв, большую часть партнерских связей с Западом, Россия стала искать новых партнеров на ближнем Востоке. Именно за АТР экономисты и политологи мира видят перспективное будущее. Вопросы интеграции России в АТР будут являться актуальными.

Одним из основных катализаторов для развития экономических отношений будут не только рыночные отношения, но и политическая поддержка стран АТР. Президент России В. Путин в послание Федеральному собранию 1 марта 2018 г. заявил о том, что Россия открыта к партнерским отношениям [3]. В целом, это можно считать призывом для долгосрочного сотрудничества с Китаем и странами АТР.

Отличительным признаком федерального государства является предоставление регионам значимых полномочий и функций. Мировые государства являются достаточно сложным структурно-функциональным образованием, не способным должным образом реагировать на глобальные и макрорегиональные процессы. Международные отношения могут быть представлены в различных трансформациях. Наряду с объединениями стран и национальными государствами на ведущие позиции в международных отношениях входят более мелкие территориальные образования, являющиеся их структурными единицами.

Международное национальное сотрудничество является эффективной формой реализации национальных и региональных интересов. Для того, чтобы обрести самостоятельность, необходимо взаимодействовать с другими государствами. Независимость внешне, является основной для принятия стратегических решений [1].

Безусловно, сегодняшние российско-китайские взаимоотношения и стратегии в Центральной Азии демонстрируют пределы государственно-ориентированного подхода, который на первое место ставит политику и интересы государства. В прошлом, такой подход обрекал на неудачи попытки Китая обеспечить себе доступ к энергоресурсам, которые он рассчитывал получить, а Россию на неудачу ее попыток продать Китаю и другим азиатским странам столько энергоресурсов, сколько она хотела продать. Ценностно-ориентированный подход позволил бы добиться большего успеха, так как он имеет дополнительное достоинство: стимулирует страны Центральной Азии к построению долгосрочных взаимоотношений. Кроме того, он дает США и странам ЕС возможность поддерживать союз, который смог бы уменьшить груз недоверия, порожденной основанной на интересах стратегией в духе политического реализма, и подтолкнуть региональную политическую среду к развитию в направлении более дружественной и гармоничной системы. Мы считаем, что станет началом новой политической эры Китая.

Китай и Россия двигаются вместе к полицентричному миру. Китайское направление во внешней политики России в последние годы усилилось, в особенности после введения странами Запада и США санкций в отношении России. За последние годы Россия увеличила товарооборот со странами Азиатско-тихоокеанского региона, в частности с Китаем (таблица 1).

Таблица 1 – Динамика внешней торговли России с КНР в 1995 -2017 гг., млн. долл. [3]

Год

Товарооборот

Экспорт

Импорт

Сальдо

1995

4236

3371

865

+2506

2000

6197

5248

949

+4299

2005

20313

13048

7265

+5783

2006

28658

15752

12906

+2846

2007

40319

15895

24424

-8529

2008

55922

21142

34780

-13638

2009

39482

16687

22795

-6108

2010

59361

20325

39036

-18711

2011

83 232

35 030

48 202

-13172

2012

87394

35766

51789

-16069

2013

88 799

35 625

53 173

-17548

2014

88 389

37505

50 884

-13380

2015

63 556

28605

34 950

-6345

2016

66 108

28 021

38 087

-10066

2017

86 964

38922

48 042

-9120

2017/2000 гг.,раз

14

7

50

2

Так из данных таблицы 1 мы видим, что если в 1995 г. мы больше экспортировали в Китай, то начиная с 2007 г. импорт превышает экспорт. С 2000 г. товарооборот между странами увеличился в 14 раз, экспорт в 7 раз, а импорт в 50 раз. Считаем, что для России это участие положительно, особенно после того, как с 2014 г. в отношении России вводятся все новые и новые пакеты санкций.

В результате беспрецедентного подъема двусторонних торгово-экономических связей, расширения инвестиционного сотрудничества и активизации межрегиональных связей товарооборот России и Китая достиг в 2017 г. высокого показателя – 86,9 млрд. долларов США. Китай занимает первое место в перечне крупнейших торговых партнеров России (таблица 2).

Таблица 2 – Динамика места и доли Китая во внешней торговле России в 2010-2017 годах [3]

2010

2011

2012

2013

2014

2015

2016

2017

Место в товарообороте России

1

1

1

1

1

1

1

1

Доля в товарообороте России, %

9,47

10,12

10,38

10,54

11,29

12,08

14,13

14,89

Место в экспорте России

5

2

2

4

2

2

2

1

Доля в экспорте России, %

5,12

6,78

6,82

6,76

7,55

8,33

9,82

10,90

Место в импорте России

1

1

1

1

1

1

1

1

Доля в импорте России, %

17,02

15,76

16,27

16,88

17,79

19,13

20,90

21,17

Рассмотрев динамику места и долю Китая во внешней экономике России можно сказать о том, что у Китая первенство по импорту в Россию с 2010 по 2017 год, в 2017 году Китай также занимает первое место по экспорту, тогда как в 2010 году он был на пятом месте (таблица 2). Смысл их можно свести к следующему: Китай укрепляется и, естественно, становится более активным во внешней политике. Нынешнюю активизацию внешнеполитического курса Пекина многие связывают с возрастающим влиянием военных и силовых структур на политическое руководство страны. Некоторые признаки указывают на то, что эта точка зрения не лишена оснований.

Несмотря на усиливающуюся волну критики использования показателя ВВП для оценки социально-экономического развития государств, данный показатель остается в числе основных при сравнении благосостояния и устойчивости развития стран мира и является одним из наиболее применяемых при построении рейтингов не только по уровню развития экономической, но и социальной сферы развития общества. В данном исследовании были использованы данные Всемирного банка, Китай продолжает устойчивый рост, хотя имеет место снижение темпов роста (таблица 3).

Таблица 3 – ВВП на душу населения в России и Китае

за 2000-2016 гг., долл. США [17,18]

Год

Китай

Россия

Темп прироста Россия/Китай, %

2000

954,552

1771,6

+85,6

2005

1740,097

5323,5

+205,9

2010

4514,941

10675

+136,4

2011

5574,187

14212

+154,9

2012

6264,644

15154

+141,9

2013

6991,854

15544

+122,3

2014

7587,290

13902

+83,2

2015

7924,654

9057,1

+14,3

2016

8239,89

7742,8

-6,0

2017

8833.28

8664,1

-1,9

Из таблицы 3 заметим, что темп роста ВВП на душу населения России и Китая с 2000-2013 гг. более 100%. Это свидетельствует о том, что в Китае низкий уровень жизни населения. С 2016-2017 гг. ВВП на душу населения в России меньше, чем в Китае, пока эти изменения незначительны.

Очень важным прогнозом для Китая на наш взгляд является прогнозный рейтинг стран по размеру ВВП, рассчитанного по ППС (таблица 4).

Таблица 4 – Прогнозный рейтинг стран по размеру ВВП, рассчитанного по ППС (в постоянных ценах 2016 года, выраженных в миллиардах долларов США) [14]

Рейтинг стран, распределенных по ВВП, рассчитанному по ППС

Рейтинг 2016 г.

Рейтинг 2030 г.

Рейтинг 2050 г.

Страна

ВВП по ППС

Страна

ВВП по ППС

Страна

ВВП по ППС

1.

Китай

21269

Китай

38008

Китай

58499

2.

США

18562

США

23475

Индия

44128

3

Индия

8721

Индия

19511

США

34102

4.

Япония

4932

Япония

5606

Индонезия

10502

5.

Германия

3979

Индонезия

5424

Бразилия

7540

6.

Россия

3745

Россия

4736

Россия

7131

7……..

При сравнении стран на основании ВВП, рассчитанного по рыночным обменным курсам (РОК), такого существенного сдвига в расстановке мировых экономических сил, не наблюдается. Тем не менее, даже по этим данным к 2030 году Китай станет крупнейшей экономикой мира, а Индия, бесспорно, займет третье место к 2050 году. Масштабный рост геополитического влияния КНР делает китайский фактор одним из ключевых компонентов долгосрочного политического и глобального развития Китая [14].

В мае 2014 г. был подписан крупнейший в истории мировых экономических отношений контракт на поставки российского газа в КНР при участии китайской стороны в строительстве трубопровода «Сила Сибири», а также принято решение о переходе на расчеты в национальных валютах при осуществлении двусторонних торговых, инвестиционных и прочих операций.

Тем самым обе стороны делают еще один важный шаг на пути реформирования мировой финансовой системы и обеспечению своей безопасности от валютных рисков посредством укрепления позиций рубля и юаня. 16 апреля 2018 года после операции в Сирии, США объявила санкции в отношении России, что практически не сказалось на стабильности рубля. Курс рубля сначала упал, но затем начал постепенно расти, и сейчас, достаточно стабилен. Если вспомним 2014 год, то санкции в отношении России оказали влияние на экономику страны, сейчас же партнерства со странами АТР предопределило стабильность экономики России за счет диверсификации источников поставок сырья и энергоносителей и повышает степень своей энергетической безопасности. Россия открывает новые экспортные маршруты в АТР, становится менее зависимой от спроса на энергоносители на, весьма турбулентном, западном рынке. Помимо газа Россия поставляет в Китай и нефть. Пущен в эксплуатацию российско-китайский нефтепровод «Сковородино – Дацин», по которому ежегодно поставляется по 15 млн. тонн нефти. Подписан долгосрочный контракт на поставку в КНР электроэнергии, наращиваются объемы экспорта российского угля при одновременном совместном освоении угольных месторождений.

В глобальном политическом контексте Россия должна считаться с тем, что Китай это не только великая держава, но в перспективе и реальная новая сверхдержава. Малейшие колебания в ее внешнеполитическом курсе могут быть роковыми для международной стабильности. И есть силы, прежде всего, в США, которые заинтересованы в провокации такого рода колебаний.

В оценке перспектив ситуации в АТР представляется очевидным отсутствие каких-либо внешних факторов, которые могли бы отрицательно сказаться на стабильности политики Китая и динамичного развития наших двусторонних отношений. Вместе с тем, нельзя не считаться с наличием внутри КНР определенных рисков, потенциально угрожающих стабильности, в том числе возможной революции. Эти риски связаны, прежде всего, с низким уровнем жизни населения. В соответствии с методикой определения черты бедности (0,25 долл. США в день) в 2017 году Китае за чертой бедности проживает более 30 млн. человек, а в России этот показатель составляет 18,9 млн. человек. Ежегодно в Китае количество бедных сокращается до 10 млн. человек в год. А к 2030 году Китай хочет сократить количество бедных до нуля [4] (таблица 5).

Таблица 5 – Численность населения России и Китая с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума, рублей [6,17]

Страна

2009 г.

2012 г.

2013 г.

2014 г.

2015 г.

2016 г.

2017 г.

Численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума: млн. человек

Россия

18,7

15,4

15,5

16,1

19,5

19,6

18,9

Китай

620

102

85

72

55

45

31

В процентах от общей численности населения

Россия

12,7

10,7

10,8

11,2

13,3

13,4

12,7

Китай

61

10,2

8,5

7,2

5,7

4,5

3,1

Мы видим, что численность населения России и Китая, которые живут за четной бедности весьма различно. Если рассматривать в процентном соотношении, то в 2017 г. в России живут 12,7% населения за чертой бедности, а в Китае 3,1%. В Китае с 2009 г. с 620 млн. человек количество бедных сократилось до 31 млн. человек. Этот показатель считается рекордным.

В период с 2000 по 2017 г. средняя производительность труда в развитых странах более чем удвоилась – как и средняя заработная плата (таблица 6).

Таблица 6 – Средняя заработная плата в Китае и России

в 2000-2016 гг.[18]

Год

Китай

Россия

Млн. юаней

В долларах

Рублей

В долларах

Курс доллара на 31.12

2000

10955

94

2223

79

28,16

2005

20627

185

8555

297

28,8

2011

37147

564

23369

744

31,4

2012

42452

623

22900

743,5

30,8

2013

47593

697

27000

825,7

32,7

2014

52388

721

30000

533

56,25

2015

56339

740

33000

453

72,8

2016

58339

623

36993

570

64,9

В Китае, где за последние шестнадцать лет заработная плата увеличилась в 6,6 раз, рост ВВП опережает динамику расходов на оплату труда, что вызывает сокращение доли дохода, приходящейся на работников. Сокращение доли труда является следствием технического прогресса, глобализации торговли, расширения финансовых рынков и распыления профсоюзов, что подрывает покупательную способность труда. В частности, финансовая глобализация.

Социологи изучают вопрос уровня жизни и среднего класса в Китае. Для оценки этого показателя обратимся к индексу человеческого развития (далее ИЧР). Индекс человеческого развития (ИЧР) / Human Development Index (HDI) – это комбинированный показатель, характеризующий развитие человека в странах и регионах мира. Ежегодно рассчитывается экспертами Программы развития Организации Объединенных Наций (ПРООН) совместно с группой независимых международных экспертов, использующих в своей работе, наряду с аналитическими разработками, статистические данные национальных институтов и международных организаций. Низкий жизненный уровень населения Китая является сам по себе фактором, чреватым социальной напряженностью и эвентуальными вспышками недовольства населения, переходящими в массовые беспорядки (таблица 7).

Таблица 7 – Индекс человеческого развития Китая и России за 2013-2017 гг. [5,15]

Год

Китай

Россия

Отношение ИЧР в России и Китае

1990

0,608

0,761

0,153

1995

0,657

0,644

-0,013

2000

0,719

0,763

0,040

2005

0,756

0,792

0,036

2011

0,71

0,854

0,144

2012

0,72

0,865

0,115

2013

0,610

0,871

0,261

2014

0,719

0,874

0,155

2015

0,727

0,875

0,148

2016

0,738

0,869

0,131

За период 1990-2016 гг. по индексу человеческого развития Китай занимает с 90 по 100 место [5,15]. Если сравним между собой Китай и Россию, то ИЧР отличается но не значительно всего на 13 пп. Существуют различные варианты политических мероприятий, которые, в случае их внедрения, будут способствовать обеспечению человеческого развития для всех и каждого. Реформа глобального управления, предполагающая более справедливые многосторонние отношения, поможет осуществлению человеческого развития для всех и каждого. Для обоих государств необходимо поставить следующие цели для того, чтобы повысит ИЧР необходимо: искоренить крайнюю нищету, покончить с голодом, сократить неравенство, обеспечить гендерное равенство.

В Китае политической элите умелыми технологиями и сбалансированной хорошо продуманной программой совершенствования методов партийно-государственного управления удается в течение ряда лет удерживать уровень социальной напряженности на уровне допустимого. Значительную роль при этом играет апеллирование китайского руководства к негативному опыту СССР и КПСС. Этот опыт свидетельствует о том, что безоглядный курс на внутренние реформы без учета всех внешних и внутренних обстоятельств, а также возможных последствий для широких народных масс может привести к развалу государства, глубочайшему социально-экономическому кризису, чреватому невосполнимым ущербом для обороноспособности страны, ее научного и образовательного потенциала. Столь же, или даже более, негативными, чем в СССР, говорят в Пекине, были бы последствия такого рода «катастройки» в Китае в случае, если бы руководство страны во главе с Дэн Сяопином не приняло 4 июля 1989 г. решительных мер по подавлению оппозиционного движения в пользу горбачевских реформ. В КНР предпринимаются энергичные меры по повышению уровня потребления и качества жизни в целом.

В 2014 г., например, Китай повысил ИЧР по сравнению с 2013 г. на десять пунктов, переместившись из группы стран со средним уровнем ИЧР в группу стран с высоким уровнем ИЧР. Разница ИЧР России и Китая составляет 15 пунктов. Мы считаем, что эта тенденция имеет долговременный характер и приведет со временем к формированию мощного среднего класса, живущего на уровне европейского обывателя. Она имеет, однако, свою оборотную сторону для политической стабильности, так как сопрягается с увеличением имущественного расслоения общества, что зачастую более негативно сказывается на социальной стабильности, чем поголовная бедность [16].

О наличии такой тенденции свидетельствует динамика коэффициента Джини в Китае и России (Таблица 8). Коэффициент Джини – статистический показатель степени расслоения общества данной страны. Наиболее часто в современных экономических расчетах в качестве изучаемого признака берется уровень годового дохода. Коэффициент Джини можно определить как макроэкономический показатель, характеризующий дифференциацию денежных доходов населения в виде степени отклонения фактического распределения доходов от абсолютно равного их распределения между жителями страны.

Таблица 8 – Коэффициент Джини в России и Китае с 1992-2016 гг. [4,15]

Год

1992

1994

1996

1998

2000

2002

2004

2006

2008

2010

2012

2014

2016

Коэффициент

Джини Россия

0,289

0,409

0,387

0,394

0,395

0,397

0,409

0,415

0,421

0,421

0,42

0,416

0,414

Коэффициент

Джини Китай

0,289

0,409

0,387

0,394

0,395

0,397

0,409

0,415

0,42

0,421

0,47

0,416

0,414

Согласно, впервые опубликованным в КНР, данным социальная стратификация в период с 1981 по 2016 гг. возросла на семнадцать пунктов и пересекла знаковый уровень 0,4, означающий наличие резкого контраста между бедностью и богатством [16]. Коэффициент Джини в России и Китае практически одинаковый. В этих странах сильная дифференциация доходов между богатыми и бедными. Хотя, этот показатель соответствует аналогичным индексам России и США, его значение имеет совершенно другую политическую проекцию в стране с общим низким жизненным уровнем, где 300 млн. чел. имеют доход менее четырех тыс. рублей в месяц. Дальнейшее увеличение социального расслоения чревато усилением внутриполитической напряженности и увеличивает потенциальную опасность нестабильности и «цветных» революций. С негативным фактором бедности и социальной стратификации сопрягается другой перманентный социальной гандикап развития Китая – неблагоприятная демографическая ситуация.

Согласно оценкам экспертов ООН, население Китая увеличится с 1,334 млрд. человек в 2010 г. до 1,463 млрд. в 2030 г. Затем прогнозируется некоторое снижение численности до 1,417 млрд. человек в 2050 г. Таким образом, темпы прироста населения Поднебесной составят в первое двадцатилетие ХХI века 0,4%, а затем сократятся до 0,2%. По плотности населения (140 чел. на кв. км.) Китай занимает 55-е место в мире, и в этом плане ситуация, отнюдь, не катастрофична (в Южной Корее, например, на один кв. км. приходится в 3,7 раза больше жителей, в Японии – в 2,4 раза) [14,16].

В Китае проводится политика планирования рождаемости, известная как «одна семья – один ребенок». Кампания вызвана чрезмерной перегруженностью земельных и водных ресурсов, бедностью основной части населения. С учетом традиционного для китайцев «культа детей» эта кампания, хотя и встречает понимание населения, отнюдь не приветствуется, и в сельской местности часто не соблюдается. Активная демографическая политика, которая проводится уже не одно десятилетие, имеет и негативные последствия. В результате увеличения средней продолжительности жизни с одной стороны и искусственного сдерживания, с другой, к 2050 г. Китай столкнется с фактом «старения нации», т.е. значительного увеличения доли пожилых людей и стариков в общей численности населения страны.

Так, если в 2010 г. люди от 60 лет и старше составляли всего 11% от всего населения, то к 2050 г. этот возрастной контингент (440 млн. чел.) составит уже около трети общей численности граждан КНР, что не может не отразиться отрицательно на бюджете страны. Пекин проводит сбалансированную национальную политику, направленную на учет законных интересов 56 народов и народностей, составлявших в 2000 г. 8,41% по отношению к основной национальности – ханьцам (собственно китайцам) [14].

При этом основной задачей для центрального правительства является сохранение территориальной целостности страны. В целом, эта задача решается достаточно успешно. При прогнозировании развития российско-китайских отношений в глобальном политическом контексте нельзя не учитывать того, что совокупное воздействие всех дестабилизирующих Китай факторов, каждый из которых не имеет сам по себе решающего значения для судеб страны, дополненное целенаправленным деструктивным воздействием из-за рубежа, может иметь следствием события типа «цветных революций». Неизбежное по мере «возвышения» Китая повышение его геополитической роли уже сейчас имеет следствием пристальное отслеживание США и НАТО внешней и внутренней политики КНР.

1 этап к 2020 г. Китай построит общество среднего достатка с многочисленным средним классом и полной ликвидацией нищеты

2 этап к 2035 г. «Китай поднимется до уровня стран-лидеров инновационного типа»; будет завершено создание правового государства, сократится разрыв в уровне доходов, в том числе между городскими и сельскими жителями; планируется ликвидировать затяжной экологический кризис

3 этап к 2050 г.

«Китай по совокупной национальной мощи и международному влиянию войдет в число стран-лидеров»

Рисунок 1 – Три этапа развития Китая к 2050 г.

По нашему мнению для того, чтобы к 2050 году занять лидирующие позиции в мировом обществе Китаю необходимо пройти три этапа своего развития.

На первом этапе к 2020 г. Китаю нужно создать стабильный средний класс. На втором этапе необходимо ликвидировать затяжной экологический кризис, который связан с ростом населения. Снизить дифференциацию доходов населения и нищету. К 2050 г. Китай станет лидером по всем показателем и займет свое место среди трех, отодвинув на второй план Евросоюз и США.

Мы считаем, что залогом политической стабильности Китая является, безусловно, сложившаяся в этой стране в течение последнего полустолетия система власти, сочетающая в себе вековые национальные традиции социальной организации с передовыми достижениями мировой общественной мысли в форме научного социализма. Западные аналитики отрицают социалистическое содержание идеологии современного Китая, акцентируя, наоборот, ее конфуцианские национальные составляющие. Из этого следует, что КНР возвращается на позиции «мегаимперии», выступающей крупнейшим, если не единственным носителем культуры и гармонии, и устанавливающей свои нормы общения.

В действительности прогрессом, достигнутым в истекшие десятилетия, Китай обязан именно идеологии социальной справедливости и равенства, обеспечившей бурный экономический рост в условиях социальной стабильности. Необходимо снизить расслоение общества. Будущее, как самого Китая, так и всего мира во многом будет зависеть от того, удастся ли нынешнему китайскому руководству сохранить и развить уникальную комбинацию конфуцианских традиций с выстраданной Западом и взлелеянной на Западе идеологией социального равенства и справедливости.

Пример КПСС однозначно свидетельствует о том, что попытки подменить трезвый научный анализ политической ситуации в мире наращиванием ракетно-ядерного комплекса ведут в никуда. Советская общественная наука не может развиваться среди директивных установок.

К настоящему времени стало очевидным, что дальнейшее быстрое экономическое развитие страны требует обновления идеологической парадигмы. Для такого обновления бесперспективны только идеи западного неолиберализма, так как свободная рыночная экономика, на которой они основаны, предполагает усиление социальной дифференциации, что в условиях современного Китая могло бы быть гибельным для политической стабильности. Прочной идеологической базой курса по возвышению уровня жизни населения Китая станет модернизация. Политика есть объективная реальность, не зависящая от национальных особенностей, она существует в любом обществе. Самые жесткие меры, включая публичные казни коррупционеров, не могут остановить объективный процесс борьбы за власть и социальную дифференциацию. Образовавшийся в Китае коллапс нуждается в заполнении. В противном случае приведет к непредвиденным последствиям [2].

Продолжение коммунизма происходит в трансгуманизме. Для Китая коммунистический трансгуманизм или, как его еще называют, технокоммунизм особенно подходит, так как его ценности весьма созвучны, как с нынешней официальной идеологией КПК, так и с постулатами конфуцианства с его акцентами на гуманном правлении на основе человеколюбия и справедливости. Считается, что трансгуманизм активно развивается в современном Китае [1]. Однако для того, чтобы он стал реальной политической силой еще весьма далеко. Для российско-китайских отношений сотрудничество в области идеологии весьма перспективно, так как трансгуманизм имеет глубокие исторические корни в России. Основные трансгуманистические постулаты были сформулированы основоположником русского космизма «московским Сократом» Н.Ф. Федоровым еще в конце ХIХ века в форме концепции «Общего дела» для человечества [13]. Развитие на основе этой концепции, принципов трансгуманизма и коммунизма новой идеологии позволили бы создать новую идеологическую основу для быстрого развития, как Китая, так и России. В качестве вывода видим, что развитие взаимовыгодного сотрудничества в сфере построения системы безопасности в АТР, экономике и реформировании глобальной финансовой инфраструктуры способствует повышению международного престижа обоих государств, их веса в глобальном балансе мирового сообщества.

Перспектива сотрудничества – это повышение качества двусторонней торговли за счет увеличения в ней доли продукции с высокой добавленной стоимостью. Намечено активно продвигать крупные совместные проекты в гражданском авиастроении, космонавтике, в других высокотехнологичных областях, а также по линии технопарков, индустриальных кластеров, особых экономических зон – как в России, так и в Китае.

Подводя итог, отметим, что социально-экономическое сотрудничество Китая и России приведет к следующему:

– повышение ВВП на душу населения к 2050 г.;

– повышение уровня жизни населения в исследуемых странах;

– снижение дифференциации доходов населения, расслоения общества на богатых и бедных. Согласно, впервые опубликованным в КНР, данным социальная стратификация в период с 1981 по 2016 гг. возросла на семнадцать пунктов и пересекла знаковый уровень 0,4, означающий наличие резкого контраста между бедностью и богатством;

– создание стабильно среднего класса (до 70 % от всего населения стран);

– создание благоприятных условий для дальнейшего сотрудничества в рамках АТР;

– повысить ИЧР до уровня западных стран. В 2014 г., например, Китай повысил ИЧР по сравнению с 2013 г. на десять пунктов, переместившись из группы стран со средним уровнем ИЧР в группу стран с высоким уровнем ИЧР. Разница ИЧР России и Китая составляет 15 пунктов;

– решение демографической проблемы в Китае к 2050 г. Китай столкнется с фактом «старения нации», т.е. значительного увеличения доли пожилых людей и стариков в общей численности населения страны. В 2017 г. на долю двоих работающих приходится один пенсионер. В России, наоборот, из-за нестабильной экономической ситуации происходит снижение рождаемости. Необходимо продолжать стимулировать рождаемость с помощью различных Госпрограмм [3].

– решение проблемы экологической безопасности в этих странах.

По нашему обоснованному мнению, для Китая, в настоящее время важно найти новые адекватные политико-идеологические основы построения будущего страны. Если этого не произойдет социальное расслоение общества приведет к росту напряженности и внутриполитических конфликтов в стране, чреватых новым внутриполитическим кризисом по примеру, событий 1989 г., и в современных условиях никто не может гарантировать благополучного выхода из него. Современная идеологическая парадигма Китая сложилась на основе решений 3-го пленума 11-го созыва ЦК КПК (декабрь 1978 г.), ознаменовавшего победу «линии Дэна» и ставшего вехой начала «политики экономических реформ и открытости». Китай стал строить «социолизм с элементами китайской специфики».

References
1. Zhao Tingyang. First Philosophy: From Cogito to Facio (第一哲学的支点). Beijing: SDX Joint Publishing Company, 2013. Zizek Slavoj. The Year of Dreaming Dangerously. London: Verso, 2012.
2. «The «China Dream» in Question» // «Economic and Political Studies» Vol. 2, No. 1, January 2014, pp. 127–142.
3. Zuenko I.Yu. Ukreplenie «vertikali vlasti» po-kitaiski: kadrovaya politika v otnoshenii regional'nogo rukovodstva v sovremennom Kitae // Kontury global'nykh transformatsii: politika, ekonomika, pravo. 2017. T. 10. № 5. S. 30-46.
4. Ofitsial'nyi sait: http://www.gks.ru/
5. Ofitsial'nyi sait: http://economicdata.ru
6. Rasporyazhenie Pravitel'stva RF ot 17.11.2008 N 1662-r (red. ot 10.02.2017) «O Kontseptsii dolgosrochnogo sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiya Rossiiskoi Federatsii na period do 2020 goda».
7. Rossiya i Kitai: istoriya i perspektivy sotrudnichestva // Materialy IV mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii / Otvetstvennye redaktory: D.V. Buyarov, D.V. Kuznetsov. 2014. Tom Vypusk 4
8. Rossiya i Kitai: istoriya i perspektivy sotrudnichestva // Materialy V mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii / Otvetstvennye redaktory D.V. Buyarov, D.V. Kuznetsov, N.V. Kireeva. 2015. Tom Vypusk 5
9. Rossiya i Kitai: istoriya i perspektivy sotrudnichestva // Materialy VI mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii // Ministerstvo obrazovaniya i nauki RF; Blagoveshchenskii gosudarstvennyi pedagogicheskii universitet; Institut Konfutsiya v BGPU. 2016. Tom Vypusk 6
10. Bulakh E.V., Kolomeitseva N.A., Romanova I.V. Perspektivy integratsii rossiiskogo dal'nego vostoka v atr v usloviyakh sovremennogo krizisa sistemy mezhdunarodnykh otnoshenii // Vestnik Zabaikal'skogo gosudarstvennogo universiteta. 2016. T. 22. № 7. S. 42-52.
11. Nemirova N.V., Shkenev D.Yu. Sotsial'nye riski migratsionnykh protsessov v usloviyakh massovogo pritoka bezhentsev s ukrainy (po materialam prikladnogo sotsiologicheskogo issledovaniya) // V knige: Kh Kovalevskie chteniya «Rossiya v sovremennom mire: vzglyad sotsiologa» Materialy nauchno-prakticheskoi konferentsii. 2015. S. 1202-1204.
12. Titarenko M.L. Rossiya i Kitai: strategicheskoe partnerstvo i vyzovy vremeni / M.L. Titarenko. – M. : ID «FORUM», 2014. – 224 s.
13. Beidina T.E. Osnovnye napravleniya obespecheniya natsional'noi bezopasnosti sub''ektov RF v ramkakh politiki vliyaniya Kitaya na Zabaikal'skii krai // Vestnik Zabaikal'skogo gosudarstvennogo universiteta. 2016. T. 22. № 1. S. 57-65.
14. Ofitsial'nyi sait: https://www.pwc.com/
15. «Doklad o chelovecheskom razvitii 2016». Ofitsial'nyi dostup: http://hdr.undp.org/sites/default/files/HDR2016_RU_Overview_Web.pdf
16. Ofitsial'nyi sait: http://www.stats.gov.cn/tjsj/ndsj/2017/indexeh.htm
17. Ofitsial'nyi sait: https://www.vsemirnyjbank.org
18. https://knoema.ru/atlas/