Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

NB: Administrative Law and Administration Practice
Reference:

Investigator’s authorities in ensuring the realization of rights and legitimate interests of the accused when bringing a charge against him

Tsvetkov Igor' Borisovich

Senior Lecturer at the Department of Criminal Law and Proceedings of the Ingush State University

386132, Russia, the Republic of Ingushetia, Nazran, ul. Magistral'naya, 17 korp. 3

mdzaqiev@bk.гu
Other publications by this author
 

 

DOI:

10.7256/2306-9945.2016.3.19118

Received:

11-05-2016


Published:

01-07-2016


Abstract: The research subject is the legal regime of the investigator’s work aimed at ensuring the realization of rights and legitimate interests of the accused when bringing a charge against him. The author analyzes the provisions of the current legislation in the sphere of criminal legal proceedings and investigation. The research object is the range of social relations emerging in the process of preliminary investigation when involving a person as a defendant. Special attention is paid to the investigator’s work in the field of explaining the rights and legitimate interests to the accused and ensuring the realization of these rights. The author applies the set of general scientific and special research methods of cognition including the normative-logical method, system analysis, synthesis, analysis, deduction, induction and others. The novelty of the study lies in the proposals about the development of forms and methods of legal regulation of the mechanism of realization of investigator’s authorities in ensuring the implementation of rights and legitimate interests of the accused when bringing a charge against him. The author concludes that the investigator’s work aimed at ensuring the realization of rights and legitimate interests of a person is possible and should be executed even before involving this person as a defendant. The investigator must inform the person about his procedural rights and ensure the conditions for their realization before indictment. 


Keywords:

investigator, accused, indictment, prosecution, legal status of the accused, rights of the accused, preliminary investigation, resolution of the investigator, legitimate interests of the accused, evidence


В диспозиции ч. 1 ст. 171 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) законодателем регламентировано правило, определяющее сущность одной из важных компетенций следователя в ходе производства по уголовному делу. В частности, при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения конкретного лица в совершении преступления, следователь полномочен составить постановление о привлечении этого лица в качестве обвиняемого. Принятие данного процессуального решения влечёт за собой существенное ограничение прав и свобод гражданина, получившего статус обвиняемого.

В большинстве научных публикаций, посвящённых проблемам обеспечения прав и законных интересов обвиняемого, авторы рассматривали ситуацию главным образом в аспекте соотношения полномочий данного участника уголовного судопроизводства с общественными или государственными интересами, а совокупность его компетенций - как право обвиняемого на защиту от уголовного преследования. Между тем, необходимо учесть, что процессуальные права и охраняемые законом интересы гражданину, привлечённому в качестве обвиняемого, законодателем предоставлены не только для защиты от предъявленного обвинения. Они также служат инструментом защиты от незаконного и необоснованного применения к обвиняемому мер уголовно-процессуального принуждения, ограничения его имущественных и других личных интересов, а также от иных необоснованных ущемлений прав и свобод.

Порядок и условия привлечения в качестве обвиняемого урегулированы нормативными положениями, закреплёнными в главе 23 УПК РФ. В частности, согласно ч. 5 ст. 172 УПК РФ после объявления постановления о привлечении в качестве обвиняемого следователь обязан разъяснить обвиняемому его процессуальные права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ; данное обстоятельство удостоверяется подписями обвиняемого, его защитника и самого следователя. Однако фактически информирование лица об изменении его правового статуса и, по сути, первоначальное разъяснение вновь приобретённых полномочий обвиняемого происходит до предъявления указанного постановления. Юридическим фактом возникновения правоотношений между следователем и обвиняемым является не предъявление последнему обвинения, а вынесение следователем постановления о привлечении в качестве обвиняемого.

В силу изложенных обстоятельств конкретное физическое лицо по уголовному делу приобретает статус обвиняемого (ч. 1 ст. 47 УПК РФ) с момента составления следователем указанного процессуального акта. Можно утверждать, что именно это обстоятельство для следователя формально является отправной точкой для осуществления мер, направленных на обеспечение прав и законных интересов обвиняемого. Однако следует заметить, что эта деятельность названного должностного лица фактически начинается раньше - на этапе принятия следователем решения о привлечении конкретного гражданина в качестве обвиняемого. Основанием для данного вывода является ряд следующих обстоятельств.

Согласно ч. 1 ст. 171 УПК РФ ещё до составления постановления о привлечении определённого лица в качестве обвиняемого по уголовному делу следователь обязан собрать и исследовать такой объём доказательственной информации, который будет достаточен для формирования его личной убеждённости и для изложения обличительного утверждения, что общественно опасное деяние, запрещённое уголовным законом, виновно совершено конкретным гражданином. В этой связи законодателем установлены обязательные процессуальные требования, которым должно отвечать постановление о привлечении в качестве обвиняемого: оно должно быть законным, обоснованным и мотивированным (ч. 4 ст. 7 УПК РФ). Данные правовые предписания являются важной предпосылкой обеспечения прав и законных интересов обвиняемого на стадии предварительного расследования.

Требование законности, предъявляемое к постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, является элементом соответствующего принципа уголовного судопроизводства и в широком смысле включает все другие требования, названные законодателем (обоснованность, мотивированность) и вытекающие из содержания уголовного (правильная квалификация деяния) и уголовно-процессуального законов (своевременность, принятие решения надлежащим органом и др.). В узком смысле законность процессуального решения следователя о привлечении в качестве обвиняемого можно понимать как результат выполнения им формальных нормативных требований УПК РФ [6].

Признак обоснованности составляемого следователем постановления обусловлен требованием закона по поводу наличия в распоряжении указанного должностного лица достаточных доказательств для принятия соответствующего решения. В словаре русского языка понятие «достаточный» объясняется как удовлетворяющий потребностям, необходимым условиям [1, С. 158]. Законодатель не раскрывает и не детализирует, какие именно доказательства и в каком их количестве следует считать достаточными для привлечения в качестве обвиняе­мого. Этот вопрос следователь призван разрешать самостоятельно с учётом материалов конкретного уголовного дела, при этом руководствуясь законом и своим правосознанием. Однозначно здесь можно констатировать лишь то, что никакое отдельно взятое доказательство достаточным для реализации указанной цели выступать не может и не имеет заранее установленной силы; достаточной может быть только совокупность имеющихся в деле доказательств.При этом все они должны быть следователем проверены на предмет достоверности и допустимости [7].

В свете рассматриваемых проблем необходимо отметить, что при принятии решения о привлечении конкретного лица в качестве обвиняемого следователь может учитывать результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные ему сотрудниками органа дознания. Правовой основой для этого выступают положения ч. 2 ст. 11 Федерального закона об оперативно-розыскной деятельности, в соответствии с которыми результаты ОРД могут быть использованы не только для проведения оперативно-розыскных мероприятий по выявлению и установлению лиц, подготавливающих, совершающих или совершивших преступления, а также для розыска лиц, скрывшихся от органов дознания, следствия и суда, но и для подготовки и осуществления следственных и судебных действий.

Одним из дискуссионных в юридической литературе является вопрос о том, следует ли указывать в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого доказательства, на которых основано обвинение. По мнению ряда авторов, в данном постановлении необходимо сделать ссылки на основные дока­зательства виновности обвиняемого. При этом следователь сам должен решить, что является именно этими основными доказательст­вами в каждом конкретном уголовном деле [5, С. 106]. Иную точку зрения по данному поводу высказал М.С. Строгович: «Конечно, следователь может указать в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого те доказательства, на которых основано обвинение, может излагать содержание этих доказательств, равно как может предъявить обвиняемому для ознакомления сами доказательства при предъявлении обвинения или в любой иной момент предварительного следствия, если это диктуется соображениями успешности и объективности следствия. Но обязанность излагать в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого содержание самих доказательств на следователе не лежит, так как по общему правилу не имеет смы­сла и постановлении излагать содержание доказательства» [2, С. 87].

В этой связи необходимо отметить, что законодатель в ст. 171 УПК РФ не требует в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого в обязательном порядке делать ссылку на доказатель­ства. Представляется, что этот вопрос должен разрешаться следователем индивидуально в зависи­мости от конкретных обстоятельств уголовного дела: если, по его мнению, приведение доказательств, на которых основано обвинение, диктуется интересами расследо­вания, то он вправе привести их в постановлении.

В свете рассматриваемых проблем также нельзя безоговорочно согласиться с предложениями отдельных авторов рассматривать возможность привлечения лица в качестве обвиняемого только при условиидоказанности его виныв совершении преступления [3, С. 252]. Поскольку в силу принципа презумпции невиновности (ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ) до вступления в законную силу обвинительного приговора суда обвиняемого нельзя считать виновным, то, естественно, нельзя считать доказанной и его вину в совершении преступления.

Содержание термина «мотивированность» в УПК РФ законодателем не охарактеризовано. В словаре русского языка понятие «мотив» определяется как «побудительная причина, повод к какому-нибудь действию, довод в пользу чего-нибудь», а понятия «мотивировка» и «совокупность мотивов, доводов для обоснования чего-нибудь» объясняются как удовлетворяющий потребностям, необходимым условиям [1, С. 311]. В этой связи можно заключить следующее: мотивированность означает, что для обоснования изложенного в постановлении процессуального решения следователю недостаточно будет сослаться только на правовые основания, регламентированные соответствующими предписаниями закона. В его описательно-мотивировочной части должно быть представлено логическое обоснование принятого следователем решения, т.е. указаны фактические основания и совокупность аргументов, обусловливающих принятие именно такого процессуального акта.

Роль следователя в обеспечении реализации прав и законных интересов обвиняемого при предъявлении ему обвинения также может позитивно проявиться в соблюдении своевременности принятия им решения о привлечении лица в качестве обвиняемого. По данному поводу А.Ф. Кони справедливо отмечал, что «… ни последующее оправдание, ни даже прекращение дела до предания суду очень часто не могут загладить материального и нравственного вреда, причиненного поспешным и неосновательным его привлечением в качестве обвиняемого» [4, С. 171].

В тех случаях, когда следователь не затягивает преднамеренно с вынесением соответствующего постановления, у обвиняемого как субъекта уголовно-процессуальных правоотношений появляется больше возможностей для реализации своих полномочий на защиту. В этой связи полагаем, что несвоевременное при­влечение лица в качестве обвиняемого по уголовному делу, необоснованное промедление с предъявлением об­винения, в том числе надуманное откладывание производства данного процессуального действия на завершающий этап предварительного расследования, необходимо рассматривать как явное незаконное ограничение прав обвиняемого и, прежде всего, права на защиту.

В то же время необходимо подчеркнуть, что в целях действительного и эффективного обеспечения реализации прав и законных интересов обвиняемого в ходе производства по уголовному делу недопустимо следователю проявлять любые крайности в разрешении вопросов, связанных с предъявлением гражданину обвинения. Нельзя признать приемлемым ни поспешное и преждевременное, ни чрезмерно и неоправданно запоз­далое, затянувшееся оформление процессуального акта, связанного с привлечением лица в качестве обвиняемого. В первом случае существенно возрастает риск следственной ошибки, во втором – значительная часть стадии предварительного расследования по уголовному делу оказыва­ется произведённой в условиях отсутствия такого участника уголовного судопроизводства, как обвиняемый, т.е. при существенном нарушении права последнего на защиту.

Учитывая указанные обстоятельства, можно заключить, что деятельность следователя, направленная на обеспечение прав и законных интересов лица, в отношении которого разрешается вопрос по поводу его привлечения к уголовной ответственности, возможна и должна осуществляться и до придания такому субъекту правового статуса обвиняемого. На следователе лежит процессуальная обязанность до предъявления обвинения проинформировать обвиняемого о наличии у него ряда субъективных прав, а также создать условия для реализации законных интересов, связанных с началом осуществления в отношении этого гражданина уголовного преследования. В определённой степени от этого зависит степень и качество обеспечения прав и законных интересов обвиняемого, а также гарантирование возможности осуществления данным участником уголовного судопроизводства своей защиты всеми незапрещёнными законом средствами и способами.

References
1. Ozhegov S.I. Slovar' russkogo yazyka. M.: Oniks, 2008. S. 158, 311.
2. Strogovich M.S. Kurs sovetskogo ugolovnogo protsessa. M., 1970. T. 2. S. 87.
3. Sovetskii ugolovnyi protsess / Pod red. prof. N.S. Alekseeva i prof. V.Z. Lukashevicha. L., 1989. S. 252.
4. Koni A.F. Sobranie sochinenii v 8 tomakh. M.: Yurid. lit., 1967. T. 4. S. 171.
5. Lukashevich V.Z. Garantii prav obvinyaemogo v ugolovnom protsesse. L.: LGU, 2005. S. 106.
6. Vinokurov Yu.E., Glushkov A.I. K voprosu o strukture prokurorskogo nadzora kak vida gosudarstvennoi deyatel'nosti // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. 2012. № 1. S. 30-32.
7. Glushkov A.I., Pugashova G.N. Problemnye voprosy prekrashcheniya ugolovnogo presledovaniya v otnoshenii nesovershennoletnikh // Yuridicheskii mir. 2007. № 12. S. 67.
8. Glushkov A.I. Obespechenie prav i zakonnykh interesov nesovershennoletnikh poterpevshikh v khode ugolovnogo sudoproizvodstva // Rossiiskaya yustitsiya. 2012. № 12. S. 51-53.
9. Glushkov A.I. Realizatsiya v ugolovno-protsessual'nom dokazyvanii rezul'tatov operativno-razysknoi deyatel'nosti // Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii. 2012. № 2. S. 67-69.
10. Glushkov A.I., Pleshakov A.M. O nekotorykh voprosakh organizatsii raboty politsii po profilaktike beznadzornosti i pravonarushenii nesovershennoletnikh // Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii. 2011. № 9. S. 94-95.
11. Glushkov A.I., Golovko N.V. Organizatsiya vzaimodeistviya sledovatelya po protivodeistviyu torgovle det'mi i ispol'zovaniyu rabskogo truda // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. 2011. № 12 S. 53-56.
12. Golovko N.V. Dokazyvanie po ugolovnym delam o torgovle nesovershennoletnimi: dis. …kand. yurid. nauk. M.: MPGU. 2012. 202 s.
13. Golovko N.V. Osnovnye cherty kriminalisticheskoi kharakteristiki torgovli nesovershennoletnimi i ispol'zovaniya ikh rabskogo truda // Rossiiskii sledovatel'. 2011. № 9. S. 2-5.
14. Golovko N.V. Povody i osnovanie dlya vozbuzhdeniya ugolovnogo dela o torgovle nesovershennoletnimi i ispol'zovanii ikh rabskogo truda // Rossiiskii sledovatel'. 2011. № 13. S. 24-27.
15. Ugolovnyi protsess: ucheb. dlya vuzov / A. V. Grinenko. 2-e izd., pererab. i dop. M.: Norma, 2013. 496 s.
16. V. M. Bykov Pravovoe polozhenie sledovatelya v ugolovnom protsesse Rossii (chast' 1) // Pravo i politika. 2012. 5. C. 880 - 886.
17. Kashtanova M.S. Sushchnost' zashchity prav i zakonnykh interesov poterpevshikh ot prestuplenii // Politseiskaya deyatel'nost'. 2011. 4. C. 5 - 8.
18. Yarovenko V.V., Poleshchuk O.V. Spravochniki kak sostavnaya chast' obespecheniya kriminalisticheskoi informatsiei sledstvennoi deyatel'nosti // Pravo i politika. 2014. 12. C. 1865 - 1870. DOI: 10.7256/1811-9018.2014.12.13689.
19. Terekhov A.Yu. K voprosu ob osnovaniyakh vybora sposoba sobiraniya dokazatel'stv v khode dosudebnogo proizvodstva po ugolovnomu delu // Politseiskaya i sledstvennaya deyatel'nost'. 2013. 2. C. 62 - 76. DOI: 10.7256/2409-7810.2013.2.802. URL: http://www.e-notabene.ru/pm/article_802.html
20. Olimpiev A.Yu. O sub''ektakh predvaritel'nogo sledstviya v Rossiiskoi Federatsii // Politseiskaya deyatel'nost'. 2011. 6. C. 39 - 41.
21. V. M. Bykov Pravovoe polozhenie sledovatelya v ugolovnom protsesse Rossii (chast' 4) // Pravo i politika. 2012. 9. C. 1560 - 1564.
22. Terekhov M.Yu. Obespechenie organami predvaritel'nogo rassledovaniya okhranyaemoi federal'nym zakonom tainy vo vzaimodeistvii so sredstvami massovoi informatsii // Politseiskaya deyatel'nost'. 2011. 4. C. 51 - 55.
23. T.R. Ustov Sledstvennye deistviya: kharakternye priznaki i osobennosti obespecheniya prav uchastnikov pri proizvodstve v stadii vozbuzhdeniya ugolovnogo dela // Pravo i politika. 2012. 12. C. 2035 - 2043.