Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Law and Politics
Reference:

Legal regulation of the power of attorney management of finances according to the law of the Russian Federation

Mitiay Elena

Master's Degree, the department of Pedagogical Education, Humanitarian and Pedagogical Institute of Sevastopol State University; Senior Educator, the department of General Legal Disciplines, Sevastopol Academy of Labor and Social Relations

299003, Russia, 299003 oblast', g. Sevastopol', ul. L'va Tolstogo, 17, kv. 5

emit.75@yandex.ru
Other publications by this author
 

 
Kameneva Zoryana

PhD in Law

Docent, the department of Civil Law, All-Russian State University of Justice of the Ministry of Justice of the Russian Federation

v117638, Russia, Moscow, Azovskaya Street 2, building #1, office #620

kameneva_z@mail.ru
Other publications by this author
 

 

DOI:

10.7256/2454-0706.2017.1.17587

Received:

14-01-2016


Published:

02-02-2017


Abstract: The subject of this research is the peculiarities of legal regulation of the relations that form at the present stage due to establishment and development of the institution of power of attorney management of finances as one of the types of financial services. The object of this research is the public relations that form in the process of realization of the power of attorney management of finances as a specific type of financial services, which allows ensuring the demands of the state in additional financing of the most promising national and regional projects through attraction of funds that belong to private and legal entities in the active economic processes. The authors support the propositions made by some researchers (N. A. Fokin, V. S. Egorov), regarding assignment of the legal institution of the power of attorney management of finances as an independent institution, with consideration of specific character of an object of trust management as the process of application of the complex of transactions, which in turn, can be replaced with other objects (bonds, currency securities, and other property); or the object of management is directly the property complex – a unit investment fund and non-governmental pension fund. Result of the conducted analysis give all grounds to speak of the purposefulness of establishment with regards to the authorized capital of non-governmental pension funds and unit investment funds the requirements on the obligatory deposit of authorized capital onto special account, with the right to payments only in cases associated with occurrence of negative consequences for the financial status of a fund, determined by the legal precedent of a court ruling.


Keywords:

Non-governmental pension fund, Pension assets, Consumers of financial services, Lender, Non-governmental pension assets, Unit investment fund, Investment, Power of attorney management, Finances, Authorized capital


Активное формирование класса собственников, проводимое в Российской Федерации в процессе реформирования самого государства, способствовало перераспределению права собственности на разные виды имущества между гражданами и хозяйствующими субъектами.

В настоящее время происходит осознание собственниками всего бремени, сопряженного с собственностью, одновременно с осознанием потребности в наличии специальных знаний и навыков управления и распоряжения отдельными видами собственности.

В соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации [1] (далее по тексту – ГК РФ) собственник может осуществлять свои полномочия как лично, самостоятельно управляя имуществом, так и осуществлять лишь их часть, «поручив остальное другому лицу. Он может передавать свои права владения, пользования и распоряжения имуществом, оставаясь при этом собственником (п. 2 ст. 209 ГК РФ). При этом непосредственно для управления имуществом собственник может пригласить другое лицо, оставив за собой право на получение доходов на него и поручив этому лицу – управляющему, осуществление иных прав» [2, с.5].

Подобная конструкция, а именно передача имущества в доверительное управление, имеет весьма широкое распространение в праве зарубежных стран. Между тем сама идея не является совершенно чуждой российскому праву. Так, исследуя дореволюционное российское законодательство, можно отметить, что Свод законов Российской Империи [3](в ред. 1835 г.) (далее — Свод законов) тем не менее содержал механизм управления имуществом при опеке, имеющий некоторое сходство с доверительной собственностью. В частности согласно ст. 266 Свода законов имущество малолетнего опекун принимал «в смотрение и ведомство по описи», а ст. 269 Свода законов обязывала опекуна «содержать или приводить имущество в такое состояние, чтобы надлежащие с него доходы получались сполна, а государственные сборы были выплачены в свое время бездоимочно» [4].

И хотя события 1917 г. не способствовали дальнейшему развитию упомянутых норм в связи с отменой частной собственности, но позже в целях обеспечения надлежащей сохранности имущества безвестно отсутствующего лица либо имущества, принадлежащего лицу, находящемуся под опекой, Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. [5] содержал нормы, устанавливающие опеку имущества (ст. 19 ГК РСФСР), а также положения о назначении исполнителя завещания, который совершает все действия по управлению наследственной массой в процессе исполнения завещания (ст.ст. 544, 545 ГК РСФСР).

Распад СССР способствовал формированию новых экономических отношений и появлению новых форм управления государственным имуществом, требовавших формирования новых правил регулирования таких отношений. Так, ст. 5 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности в РСФСР» [6] устанавливала, что «банки могут производить следующие банковские операции и сделки: привлекать и размещать средства и управлять ценными бумагами по поручению клиентов (доверительные (трастовые) операции)».

Вместе с тем, как отмечают отдельные исследователи [7], особый характер траста сделал невозможным его абсолютную рецепцию в отечественном законодательстве, и поэтому в ГК РФ и в других законах появляется договор доверительного управления имуществом. При этом ГК РФ предложил совершенно иную конструкцию доверительного управления имуществом, которая до настоящего времени не позволила ни в научной, ни в учебной литературе сформировать единое мнение относительно правовой природы отношений по доверительному управлению имуществом, сущности и признаков договора доверительного управления имуществом [8, с.3].

После законодательного закрепления доверительного управления имуществом в основном оно стало развиваться в виде управления ценными бумагами, в связи с развитием биржевой торговли, рынка ценных бумаг, валютных операций, банковской деятельности. Однако в современных условиях, учитывая изменение состава кредитных организаций, осуществляющих, в том числе, и функции по управлению денежными средствами, возрастает интерес именно к этому виду отношений доверительного управления — доверительному управлению денежными средствами.

Согласно ст. 1012 ГК РФ «по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя). При этом передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему».

Соответственно применительно к доверительному управлению денежными средствами следует говорить о том, что это особый вид доверительного управления, осуществляемый только специально уполномоченными субъектами — кредитными организациями. Вместе с тем, как отмечает М. А. Фокина, до настоящего времени нет однозначного ответа на вопрос о том, что такое доверительное управление денежными средствами как самостоятельным объектом; каким должно быть специальное правовое регулирование этих отношений [9].

Анализ исследований как российских [10-14], так и зарубежных авторов [15], позволяет говорить о том, что «доверительное управление денежными средствами представляет собой совокупность действий, совершаемых в отношении денежных средств, переданных управляющему как в наличной, так и в безналичной форме, и направленных на сохранение и преумножение объекта управления. При этом собственник денежных средств может и не обладать информацией о том, что в процессе осуществления управления в состав управляемого имущества могут входить, помимо денежных средств, иные объекты: ценные бумаги, валютные ценности и другое имущество, или непосредственно объектом управления является имущественный комплекс — паевой инвестиционный фонд или общий фонд банковского управления» [9, с.11].

Такое положение М.А. Фокина объясняет тем, что «доверительное управление денежными средствами в силу специфики правовой природы этого имущества направлено на приумножение переданной денежной суммы за счет инвестирования в иные объекты» [9, с.7], обеспечивающие получение необходимого дохода.

Вместе с тем вопрос правовой природы доверительного управления денежными средствами как объектами имущественного оборота имеет прикладной характер, поскольку в доверительное управление могут быть переданы средства пенсионных накоплений с целью формирования дополнительных средств для обеспечения достойного уровня жизни пенсионера. Так, согласно ст. 24, п. 2 ст. 25 Федерального закона от 7 мая 1998 г. № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» [16] «размещение средств пенсионных резервов и инвестирование средств пенсионных накоплений осуществляется на принципах обеспечения сохранности указанных средств, доходности, диверсификации и ликвидности инвестиционных портфелей, исключительно в целях сохранения и прироста средств пенсионных резервов в интересах участников»[17].

А согласно п. 3 ст. 12 Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации» [18] управляющая компания обязана инвестировать средства пенсионных накоплений разумно и добросовестно исходя из необходимости обеспечения надежности, ликвидности, доходности и диверсификации.

Как представляется, отмеченные особенности управления пенсионными денежными средствами должны применяться и в отношении иных видов денежных средств, а именно – доверительного управления денежными средствами, размещенными владельцами – физическими или юридическими лицами с целью получения дополнительных доходов. При этом сами доходы представляют собой прибыль, полученную за счет размещения доверительным управляющим денежных средств в различные инвестиционные проекты.

В договоре доверительного управления, регулируемом ГК РФ, сторонами такого договора являются лишь учредитель управления и доверительный управляющий. Если в данных правоотношениях присутствует также выгодоприобретатель, то он является третьим лицом, в пользу которого осуществляется управление имуществом. И в таких случаях, как считает Т. Г. Степанова, договор доверительного управления приобретает вид договора в пользу третьего лица [8, с.9].

Вместе с тем круг участников по договору доверительного управления денежными средствами не может ограничиваться учредителем управления, доверительным управляющим и выгодоприобретателем. В такие отношения также может вступить и специализированный депозитарий, который наряду с доверительным управляющим имеет право на вознаграждение. Кроме того, сам учредитель управления может не являться собственником денежных средств, если доверительное управление устанавливается в целях обеспечения интересов несовершеннолетнего лица или недееспособного (ограниченно дееспособного) лица. При этом все исполнители договора доверительного управления денежными средствами должны быть профессиональными участниками рынка финансовых услуг.

Вопрос об объекте правоотношения в рамках договора доверительного управления имуществом в науке был и остается спорным [19-21]. При этом в рамках настоящего исследования представляется более предпочтительной теория О. С. Иоффе, устанавливающая, что «объект доверительного управления тройственен:

1) материальный объект (имущество, деньги, ценные бумаги);

2) юридический объект (управление как предпринимательская, а точнее – профессиональная, деятельность управляющего);

3) волевой объект (ранее это был объект идеологический), идея, к которой была устремлена воля сторон и которую поддерживало государство своей принудительной силой. Теперь волевым объектом, к которому стремится воля, следует, видимо, считать интерес. Применительно к доверительному управлению следует привести в пример прибыль, доход (intеrеst), который собственник надеется получить»[22, с.5].

Теория О. С. Иоффе позволяет исследовать объект доверительного управления денежными средствами – сами денежные средства, именно с позиции отнесения их к имуществу. И в этом кроется одна из первых трудностей, поскольку нормы действующего законодательства устанавливают, что объектом доверительного управления имуществом является, в первую очередь, именно имущество как индивидуально-определенная вещь. Однако в отношении денежных средств достаточно сложно говорить об индивидуальной определенности, особенно — в отношении безналичных денежных средств, которые предоставляются собственниками – юридическими лицами, или в которые переводятся наличные денежные средства, передаваемые доверительному управляющему собствениками – физическими лицами.

Еще одной особенностью доверительного управления денежными средствами является то, что если в процессе осуществления доверительного управления в отношении имущества, иного, чем денежные средства, изначально главной целью доверительного управления является сохранение имущества в надлежащем, неизменном состоянии, то в отношении денежных средств доверительное управление учреждается не только с целью сохранения, но и именно с целью получения дополнительного дохода от вложения денежных средств.

Поскольку в настоящее время в сознание всех участников гражданского оборота прочно вошло понимание того, что деньги являются не только средством осуществления расчетов, но, согласно классической экономической теории, выступают самостоятельным видом товара, используемым, с одной стороны, для обеспечения потребности других субъектов гражданского оборота в недостающих финансовых ресурсах, а, с другой — для получения дополнительной прибыли самим собственником денежных средств. В связи с чем представляется необходимым создать механизм правового регулирования отношений, связанных с доверительным управлением денежными средствами.

Подобное утверждение может быть оспорено с точки зрения оптимизации применения уже существующих правовых конструкций и бесполезности принятия новых норм, эффективность которых вызывает сомнения. Так, в современных условиях отношения, связанные с передачей денежных средств в доверительное управление кредитных организаций реализуются посредством договора банковского вклада, в рамках которого собственник денежных средств передает банку принадлежащие ему денежные средства, а банк обязуется по окончании договора или в установленные договором сроки производить выплату денежных средств, являющихся платой за пользование предоставленными деньгами. По всей вероятности, если рассматривать вопросы, связанные с управлением денежными средствами, принадлежащими отдельным физическим и юридическим лицам, то конструкция договора банковского вклада представляется весьма приемлемой.

Однако конструкция договора банковского вклада не позволяет в полном объеме реализовать функцию оптимизации использования денежных средств в экономическом обороте. Ведь зачастую кредитные организации используют денежные средства, полученные в виде вкладов, для выдачи кредитов участникам гражданского оборота. Соответственно доходы, получаемые от банковского вклада, не могут быть выше, чем доходы, полученные за пользование кредитом, за минусом расходов, понесенных кредитной организацией в процессе обслуживания кредита и вклада.

Более того, в современных условиях физические лица размещают принадлежащие им денежные средства не только в виде банковского вклада, но и передают их в рамках договоров негосударственного пенсионного обеспечения, заключаемых с негосударственными пенсионными фондами, о чем уже упоминалось выше. И, как уже было отмечалось выше, негосударственные пенсионные фонды в целях сбережения и прироста соответствующих денежных средств передают управляющей компании средства пенсионных накоплений (предназначенные для исполнения обязательств по договорам обязательного пенсионного страхования) и средства пенсионных резервов (предназначенные для исполнения обязательств по договорам негосударственного пенсионного обеспечения) [23].

При этом озабоченность исследователей вызывает то, что большинство управляющих компаний, осуществляющих управление средствами негосударственных пенсионных фондов, обычно не имеет собственного капитала, сравнимого по размеру с теми средствами, которые они получают в доверительное управление [24-26].

В целях обеспечения защиты прав участников негосударственных пенсионных фондов государством был принят Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 422-ФЗ «О гарантировании прав застрахованных лиц в системе обязательного пенсионного страхования Российской Федерации при формировании и инвестировании средств пенсионных накоплений, установлении и осуществлении выплат за счет средств пенсионных накоплений» [27], призванный обеспечить защиту прав участников негосударственных пенсионных фондов за счет средств Агентства по страхованию вкладов. Однако для создания финансового обеспечения выплат участникам негосударственных пенсионных фондов последние должны не только стать участниками программы страхования вкладов, но и произвести выплаты страховых взносов, позволяющие саккумулировать денежные средства, необходимые для осуществления выплат.

Кроме того, все негосударственные пенсионные фонды должны пройти процедуру обязательного акционирования с последующим прохождением процедуры проверки возможности присоединения к системе страхования вкладов посредством проверки соответствия их деятельности требованиям Положения от 24 ноября 2014 г. № 441-П «Об оценке соответствия деятельности негосударственного пенсионного фонда требованиям к участию в системе гарантирования прав застрахованных лиц», утвержденного Банком России [28]. При этом оценке будет подлежать, в первую очередь, объем собственного капитала фонда, обеспечивающий удовлетворение требований кредиторов в случае наступления негативных последствий деятельности фонда. Соответственно ужесточаются требования относительно денежной и неденежной форм наполнения уставного капитала фонда.

Указанные изменения подтверждают ранее сформулированные положения о том, что поскольку негосударственные пенсионные фонды, равно как и паевые инвестиционные фонды, являются небанковскими финансовыми организациями, осуществляющими операции по привлечению денежных средств юридических и физических лиц, то на них должны распространяться требования, установленные Банком России в отношении кредитных организаций в части обязательного лицензирования такой деятельности, как требующей специальных знаний в области финансовых рынков, а также требования относительно обязательного минимального размера уставного капитала, вносимого исключительно в денежной форме, и, соответственно, требований относительно соблюдения пропорциональности неденежных взносов в уставный фонд [29-32].

Кроме того, с целью обеспечения сохранности денежных средств, принадлежащих несовершеннолетним наследникам или наследникам, являющимся недееспособными или ограниченно дееспособными, с одной стороны и потребности государства в денежных средствах, вовлекаемых в активные экономические процессы, представляется целесообразным предоставить возможность выступать учредителем доверительного управления денежными средствами органу опеки и попечительства для осуществления наиболее качественного распоряжения денежными средствами наследника до получения им возможности самостоятельно распоряжаться принадлежащим ему имуществом.

Еще одним обстоятельством, подтверждающим необходимость выделения договора доверительного управления денежными средствами в самостоятельный вид договора, является стремление государства вернуть в экономику ранее выведенные с территории Российской Федерации денежные средства. В условиях падения цен на энергоносители на мировом рынке, а также продления экономических санкций в отношении российских товаров и кредитных организаций со стороны США и стран – членов ЕС, наиболее эффективным источником финансирования различных национальных проектов могут стать именно денежные средства, принадлежащие физическим и юридическим лицам.

Но, как уже было отмечено в настоящей работе выше, договор банковского вклада не обеспечивает в полном объеме не только сохранность денежных средств, но и их прирост. Тогда как вложение денежных средств в качестве средне – и долгосрочных инвестиций, осуществляемые профессиональными участниками финансового рынка, позволяют разрешить как проблему привлечения новых источников финансирования, так и обеспечат собственникам денежных средств возможность получения большего дохода.

Таким образом, в завершение анализа правового регулирования договоров доверительного управления денежными средствами по праву Российской Федерации представляется возможным сформулировать следующие выводы и предложения.

1. Доверительное управление денежными средствами — это вид финансовых услуг, представляющий собой совокупность действий, совершаемых профессиональным участником рынка финансовых услуг в отношении денежных средств, переданных ему как в наличной, так и в безналичной формах, направленных на сохранение и приумножение объекта управления за счет их размещения в экономическом обороте.

Основанием для возникновения правоотношения по доверительному управлению денежными средствами является договор, заключенный между учредителем управления и управляющей кампанией. Договор может быть заключен в пользу третьего лица — выгодоприобретателя.

Поскольку объектом договора доверительного управления денежными средствами выступают именно денежные средства в наличной и безналичной формах, принадлежащие физическим и юридическим лицам, то доверительным управляющим может выступать только финансовая организация, имеющая лицензию Банка России. Тогда как учредителями доверительного управления могут выступать как физические, так и юридические лица. А в случаях прямо предусмотренных законом — органы государственного и муниципального управления (например, учреждение доверительного управления имуществом несовершеннолетнего в случае гибели родителей (опекунов, попечителей) с целью сохранения и преумножения финансового состояния наследника).

Полагаем обоснованным присоединиться к предложениям некоторых исследователей (Н. А. Фокина, В. С. Егоров) относительно выделения института договора доверительного управления денежными средствами в самостоятельный институт, учитывая особый характер объекта доверительного управления как процесса осуществления комплекса действий с денежными средствами, которые, в свою очередь, могут в процессе осуществления управления быть заменены на иные объекты (ценные бумаги, валютные ценности и другое имущество), или непосредственно объектом управления является имущественный комплекс — паевой инвестиционный фонд, негосударственный пенсионный фонд.

2. Результаты анализа, проведенного в рамках настоящего исследования, дают все основания говорить о целесообразности установления в отношении уставного капитала негосударственных пенсионных фондов и паевых инвестиционных фондов требования по обязательному зачислению уставного капитала на специальный счет с правом проведения выплат только в случаях, связанных с наступлением негативных последствий для финансового состояния фонда, установленных вступившим в законную силу решением суда.

3. Учитывая особый характер объекта доверительного управления денежными средствами, которые могут в процессе осуществления управления быть заменены на иные объекты: ценные бумаги, валютные ценности и другое имущество, или непосредственно объектом управления является имущественный комплекс — паевой инвестиционный фонд, негосударственный пенсионный фонд — следует выделить институт договора доверительного управления денежными средствами в самостоятельный институт. Это соответствует как нормам международного права, так и положениям русского дореволюционного законодательства.

Однако в настоящее время п. 2 ст. 1013 ГК РФ устанавливает запрет на привлечение денег в качестве самостоятельного объекта доверительного управления иначе, как в случаях, предусмотренных законом. Такая формулировка статьи препятствует возможности привлечения денежных средств иначе, как в виде вкладов в банки.

В целях формирования комплекса норм, регулирующих доверительное управление денежными средствами представляется целесообразным изложить п. 2 ст. 1013 ГК РФ в следующей редакции: «Деньги могут быть самостоятельным объектом доверительного управления только по договорам доверительного управления денежными средствами».

4. Учитывая потребность обеспечения сохранности денежных средств, составляющих наследственную массу несовершеннолетнего или недееспособного, или ограниченно дееспособного лица, представляется целесообразным дополнить ст. 1014 ГК РФ ч.2 следующего содержания: «Орган опеки и попечительства обязан заключить договор доверительного управления денежными средствами подопечного с кредитной организаций для обеспечения сохранения и осуществления наиболее качественного распоряжения денежными средствами наследника, до получения им возможности самостоятельно распоряжаться принадлежащим ему имуществом».

5. Поскольку в настоящее время ГК РФ регулирует особенности передачи в доверительное управление ценных бумаг, то, учитывая сходный характер последних с денежными средствами, представляется целесообразным дополнить ст. 1025 ГК РФ положениями о передаче в доверительное управление денежных средств.

References
1. Grazhdanskii kodeks Rossiiskoi Federatsii (chast' pervaya) ot 30 noyab. 1994 g. № 51-FZ: [feder. zakon : prinyat Gos. Dumoi 21 okt. 1994 : v red. ot 22 okt. 2014 g. s izm. i dop., vstup. v silu s 2 marta 2015 g.] // Sobr. zakonodatel'stva Ros. Federatsii. 1994. № 32, st. 3301.
2. Naumova T.L. Institut doveritel'nogo upravleniya imushchestvom v grazhdanskom prave Rossiiskoi Federatsii: Avtoref. diss. … kand. yurid. nauk. / T.L. Naumova. Krasnodar, 2002. 22 s.
3. Svod zakonov Rossiiskoi Imperii. T. 11. Ch. II. SPb., 1903. S. 965–1113 [Elektronnyi resurs] // Biblioteka reprintnykh izdanii : sait / «Konsul'tantPlyus» : Klassika Rossiiskogo prava. Rezhim dostupa: http://sivil.sonsultant.ru/reprint/books/250/973.html Svobodnyi.
4. Zasypkina N.V. Problemy primeneniya v sovremennoi rossiiskoi deistvitel'nosti sobstvennikom nedvizhimogo imushchestva instituta doveritel'nogo upravleniya // Trudy MGTA : elektronnyi zhurnal. 2009. № 9. URL: http://www.e-magazine.meli.ru/vipusk_11/138_v11_Zasipkina.dos.
5. Grazhdanskii kodeks RSFSR 1964 g (utv. Verkhovnym Sovetom RSFSR 11 iyunya 1964 g.) // Vedomosti VS RSFSR. 1964. № 24, st. 407. Dokument utratil silu s 1 yanv. 2008 g. v svyazi s prinyatiem Federal'nogo zakona ot 18 dek. 2006 g. № 231-FZ.
6. O bankakh i bankovskoi deyatel'nosti : Federal'nyi zakon ot 2 dek. 1990 g. № 395-1 : v red. ot 13 iyulya 2015 g. // Sobr. zakonodatel'stva Ros. Federatsii. 1996. № 6, st. 492.
7. Mikheeva L. Yu. Doveritel'noe upravlenie imushchestvom. Kommentarii zakonodatel'stva. M.: Kompaniya «Konsul'tant Plyus», 2001. 5 elektron. opt. diska (SD-ROM).
8. Stepanova T.G. Grazhdansko-pravovoi rezhim doveritel'nogo upravleniya nedvizhimym imushchestvom: avtoref. dis. … kand. yurid. nauk. M., 2005. S. 3.
9. Fokina N.A. Grazhdansko-pravovye problemy doveritel'nogo upravleniya beznalichnymi denezhnymi sredstvami : avtoref. dis. … kand. yurid. nauk. M., 2009. S. 4.
10. Inshev A.P. Doveritel'noe upravlenie denezhnymi sredstvami // Pravo i ekonomika. 2000. № 10. S. 29–33.
11. Danilova O. V. Dogovor doveritel'nogo upravleniya denezhnymi sredstvami // Aktual'nye problemy prava: sbornik nauchnykh trudov. M.: MGIU, 2003. Vyp. 4. S. 193–203.
12. Malakhov P.S. Prava po dogovoru doveritel'nogo upravleniya denezhnymi sredstvami kak ob''ekty sdelok // Zakonodatel'stvo. 2007. № 11. S. 54–59.
13. Alyab'ev D.N. K voprosu o doveritel'nom upravlenii denezhnymi sredstvami // Problemy pravoponimaniya i pravoprimeneniya: teoriya i praktika // Materialy mezhregional'noi nauch.-prakt. konf. (g. Volzhskii, 16–17 maya 2008 g.). Volzhskii: Izd-vo VolGU, 2008. Ch. 1. S. 280–285.
14. Solov'ev A.M. O doveritel'nom upravlenii beznalichnymi denezhnymi sredstvami // Aktual'nye problemy sovremennogo rossiiskogo prava : materialy III Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. (Nevinnomyssk, 10–11 fevralya 2011 g.). Nevinnomyssk: NGGTI, 2011. S. 149–157 i dr.
15. Biljana Zemljak. Fenomenologija prevare u imovinskim deliktima u Republisi Srbiji. Megatrend Revija. 2/2014. (str. 323–343).
16. O negosudarstvennykh pensionnykh fondakh : Federal'nyi zakon ot 7 maya 1998 g. № 75-FZ : prinyat Gos. Dumoi 8 apr. 1998 g. // Sobr. zakonodatel'stva Ros. Federatsii. 1998. № 19, st. 2071.
17. Shashkova O.V., Cheresheva E.A., Kartashova Yu.A. Kommentarii k Federal'nomu zakonu ot 7 maya 1998 g. № 75-FZ «O negosudarstvennykh pensionnykh fondakh» (postateinyi) - Spetsial'no dlya sistemy GARANT, 2014 / [Elektronnyi resurs] Sistema GARANT: http://base.garant.ru/57623465/#ixzz3xQAtH2uO
18. Ob investirovanii sredstv dlya finansirovaniya nakopitel'noi chasti trudovoi pensii v Rossiiskoi Federatsii : Federal'nyi zakon ot 24 iyulya 2002 g. № 111-FZ : prinyat Gos. Dumoi 26 iyunya 2002 g. // Sobr. zakonodatel'stva Ros. Federatsii. 2002. № 30, st. 3028.
19. Ioffe O.S. Spornye voprosy ucheniya o pravootnoshenii // Ocherki po grazhdanskomu pravu. L.: Izd-vo LGU, 1957. S. 21–64.
20. Magaziner Ya.M. Ob''ekt prava // Ocherki po grazhdanskomu pravu: sbornik statei. L., 1957. S. 65–78.
21. Tolstoi Yu.K. K teorii pravootnosheniya. L., 1959. S. 61.
22. Benevolenskaya Z.E. Doveritel'noe upravlenie imushchestvom v sfere predprinimatel'stva / Z.E. Benevolenskaya. 3-e izd., pererab. i dop. M.: Volters Kluver, 2005. 283 s.
23. Sergeev A.A. Zashchita sredstv negosudarstvennykh pensionnykh fondov: pravovye mekhanizmy i problemy ikh sovershenstvovaniya // Sotsial'noe i pensionnoe pravo. 2013. № 3. S. 48.
24. Sergeev A.A. Doveritel'noe upravlenie sredstvami negosudarstvennykh pensionnykh fondov // Khozyaistvo i pravo. 2012. № 3. S. 93–97.
25. Dovgaya O. V. O dokhodnosti nakopitel'noi chasti trudovoi pensii v negosudarstvennom pensionnom fonde // Finansy. 2011. № 3. S. 57–60.
26. Ivanova V. Regulyator povyshaet nadezhnost' // Ekspert. 2014. № 21. S. 84–86 i dr.
27. O garantirovanii prav zastrakhovannykh lits v sisteme obyazatel'nogo pensionnogo strakhovaniya Rossiiskoi Federatsii pri formirovanii i investirovanii sredstv pensionnykh nakoplenii, ustanovlenii i osushchestvlenii vyplat za schet sredstv pensionnykh nakoplenii : Federal'nyi zakon ot 28 dek. 2013 g. № 422-FZ : prinyat Gos. Dumoi 23 dek. 2013 g. // Sobr. zakonodatel'stva Ros. Federatsii. 2013. № 52, st. 6987.
28. Ob otsenke sootvetstviya deyatel'nosti negosudarstvennogo pensionnogo fonda trebovaniyam k uchastiyu v sisteme garantirovaniya prav zastrakhovannykh lits : Polozhenie Banka Rossii ot 24 noyab. 2014 g. № 441-P : zaregistrirovano v Minyuste Rossii 24 dek. 2014 g. № 35347 // Vestnik Banka Rossii. 2015. № 5.
29. Nekrasov A.I. Printsipy pravovogo regulirovaniya politiki Evropeiskogo Soyuza v oblasti finansovykh uslug // Mezhdunarodnoe pravo i mezhdunarodnye organizatsii / International Law and International Organizations. 2011. № 3. C. 69-87.
30. Mityai E.D. Osobennosti pravovogo regulirovaniya otvetstvennosti storon v dogovorakh, zaklyuchennykh kreditnymi organizatsiyami s potrebitelyami finansovykh uslug // Porіvnyal'no-pravovі doslіdzhennya. 2010. № 1. S. 82-88.
31. Mityai E.D. Osobennosti rassmotreniya sporov, voznikayushchikh v protsesse zashchity prav potrebitelei finansovykh uslug: sravnitel'no-pravovoi analiz norm prava ES i Ukrainy // Dostupnost' pravosudiya v grazhdanskom protsesse: teoriya i praktika Sb. st. Mezhdunar. nauch.-prak. konf. (g. Almaty, 07 dekabrya 2012 g.). Almaty: Izdatel'stvo «Tarikh khagylymy», 2013. S. 76-85.
32. Mityai E.D., Kameneva Z.V. Razvitie sposobov zashchity prav potrebitelei finansovykh uslug v sovremennykh usloviyakh // Sovremennyi yurist. 2015. № 4(13). S. 35-48.