Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Philology: scientific researches
Reference:

Phraseoscheme “even would not + Vinf” in the Russia language

Van Ruzhen

Postgraduate student, the department of Russian Language and Literature, Far Eastern Federal University

690922, Russia, Primorskii Krai krai, g. Vladivostok, ul. Ostrov Russkii, 10

1657172227@list.ru

DOI:

10.7256/2454-0749.2019.6.31268

Received:

05-11-2019


Published:

03-01-2020


Abstract: The object of this research is the phraseoscheme with base component “even would…not” in the Russian language. The goal of this work lies in comprehensive description of properties of the indicated phraseoscheme. For achieving the set goal, the author solved the following tasks: 1) brief interpretation of the framework of the term “phraseoscheme”; 2) analysis and classification of the collected from the Russian National Corpus facts of use of the phraseoscheme in the fictional prose; 3) determination of semantic and structural variants of the phraseoscheme; 4) detailed examination of functional properties of the phraseoscheme “even would not + Vinf”, which prevails among the structural variants of the phraseoscheme under consideration. The conducted research allows concluding that the indicated phraseoscheme is mostly applied in the infinitive subject clauses rather than in subjectless clauses; at the same time, the subject may be verbalized or nonverbalized. The novelty of this work consists in the first ever attempt to analyze the indicated phraseoscheme  as an independent phraseoscheme and demonstrate its structural variants. This could complement the list of phraseoschemes with the presence of subjunctive particle.


Keywords:

phrase, even would not, syntactic phraseology, semantic properties, structural properties, functional properties, infinitive sentences, subjective meaning, subjectless meaning, structural options


В настоящее время исследование функциональных возможностей частицы «бы» приобретает большую популярность. Её участие в составе разных типов синтаксических фразеологизмов, особенно в составе фразеосхем, отмечено во многих работах.

В.Ю. Меликян в «Словаре экспрессивных устойчивых фраз русского языка. Фразеосхемы и устойчивые модели» представил 6 фразеосхем, в которых в составе опорного компонента участвует частица «бы». В том числе: фразеосхемы с опорным компонентом «если бы…», «ещё бы», «нет бы…», «почему бы», «хоть бы…» и «что бы…». Кроме толкования значения этих фразеосхем, в словаре «даны структурные варианты их употребления, а также приведены примеры их реализации в речи» [8, с. 2]. Эти фразеосхемы и их структурные варианты относятся к семантическим группам «утверждения» или «отрицания». Несомненно, что список фразеосхем является открытым, требование к более подробному описанию разных фразеосхем и пополнению такого списка обусловливает актуальность нашего исследования.

В нашей работе рассматриваются семантические, структурные и функциональные свойства фразеосхемы с опорным компонентом «ещё бы…не». В словаре В.Ю. Меликяна эта фразеосхема представлена как вариант фразеосхемы с опорным компонентом «ещё бы»: «Ещё + бы + <не> + V [N, Adj, Adv, …]!» [8, с. 59–60]. В связи с тем, что присутствие частицы «не» влияет на значение фразеосхемы, мы считаем, что можно рассматривать фразеосхему с опорным компонентом «ещё бы…не» как самостоятельную фразеосхему.

Начнём наше исследование с описания основных положений понятия «фразеосхема».

1. Понятие «фразеосхема»

Фразеосхема – это «самостоятельный класс синтаксических фразеологических единиц (СФЕ)» [6, с. 55], один из «наиболее сложных и интересных объектов изучения теории синтаксической фразеологии» [5, с. 237]. Фразеосхема часто употребляется для обеспечения высокой эффективности коммуникации. Это обусловлено тем, что она «придаёт речи особый динамизм, экспрессивность, позволяет говорящему реализовывать разнообразные интенции» [1, с. 120].

Этот класс СФЕ именуется по-разному: «фразеологизированные конструкции или предложения фразеологического типа (Н.Ю. Шведова), своеобразные идиоматические предложения (А.И. Кожин), фразеологические единства на расстоянии, дистантные фразеологизмы (В.В. Виноградов, В.А. Белошапкова), типологические образованияи (Л.И. Ройзензон), жесткие модели (С.Е. Крючков, Л.Ю. Максимов), сложные синтаксические шаблоны (Л.П. Якубинский), «связанные» синтаксические конструкции (Д.Н. Шмелев) и т.д.» [5, с. 237]. При этом наиболее часто употребляемым является термин «фразеосинтаксическая схема (фразеосхема)», предложенный Д.Н. Шмелёвым.

Самое подробное определение фразеосхемы дал В. Ю. Меликян. Он определил фразеосхему как «коммуникативную предикативную единицу синтаксиса», которая представляет собой «определяемую и воспроизводимую несвободную синтаксическую схему, характеризующаяся наличием диктумной и модусной пропозиций, выражающая суждение или побуждение, обладающая грамматической и лексической частичной нечленимостью, ограниченной проницаемостью и распространяемостью и выполняющая в речи экспрессивную функцию» [7, с. 161-162].

Что касается структурной модели фразеосхемы, то Д.Н. Шмелёв указал, что «фразеосхемы обладают фиксированной и неизменной схемой построения», в то же время он подчеркнул «обязательный порядок слов и наличие строго определённых, сильно ограниченных в варьировании грамматических форм, а иногда и определённых служебных слов» [12, с. 327]. А В.Ю. Меликян отметил «наличие двух обязательных компонентов: первый из них является неизменяемым (опорным) как в лексическом, так и в грамматическом аспектах, второй – изменяемым, т.е. лексически свободно варьируемым, а грамматически устойчивым» [7, с. 161-162].

2. Фразеосхема с опорным компонентом «ещё бы… не»

Опираясь на вышеприведённое определение и признаки фразеосхем, проанализировав собранный из Национального корпуса русского языка (НКРЯ) [9] материал – 418 фактов употребления исследуемых нами фразеосхем в художественной прозе, мы попробовали проанализировать семантические, структурные и функциональные свойства фразеосхем с опорным компонентом «ещё бы… не» в русском языке.

Семантические свойства

Фразеосхема с опорным компонентом «ещё бы…не» однозначна: она выражает значение «уверенного утверждения», при этом подчёркивается утверждение как неопровержимое, не допускающее никаких сомнений. Такое значение было выявлено в процессе исследования конкретных употреблений этой фразеосхемы в художественной прозе. Приведём примеры высказываний с данной фразеосхемой.

1) – Понимаете?

Еще бы я не понимал! Я прекрасно понял, что этот умный человек никакого представления не имеет о педагогической науке (А. С. Макаренко. Педагогическая поэма. Часть 3. 1935) [9].

2) – Я буду навещать тебя, – сказала Катя. – Ты ведь позволишь мне это делать, Ганин?

Ну конечно! - со злостью произнес он. – Ты, Катя, опять из меня делаешь какого-то фашиста... Все будет, как ты хочешь! Еще бы я не позволил матери видеться с родным сыном...(Татьяна Тронина. Никогда не говори «навсегда». 2004) [9].

Очевидно, что в этих примерах схема «ещё бы…не» используется в ответной реплике для выражения неопровержимого утверждения. Нужно отметить, что по семантике она синонимична модальным словам со значением утверждения, например: «да, конечно», но по прагматике они разные: «да, конечно» выражает общее, нейтральное значение утверждения, а «ещё бы…не» вносит дополнительные прагматические смыслы. В примере 2) это проявляется особенно явно. Сначала говорящий выражает утверждение сочетанием «Ну конечно», экспрессивность которого создаётся интонацией. А затем использует выражение с фразеологизмом «ещё бы…не» («Еще бы я не позволил…»), который усиливает утверждение, подчёркивает его неопровержимость.

Сущность синтаксической фразеологизации в данном случае состоит в «асимметрическом сочетании слов, когда план выражения, образованный по законам синтаксиса, не соответствует семантической целостности плана содержания» [4, с. 30–31]. В отношении модели «ещё бы…не», такая асимметрия означающего и означаемого отражается в 2 аспектах: а) в модели «ещё бы…не» имеется отрицательная частица «не», но выражается значение утверждения, а не отрицания; б) значение утверждения выражено с помощью компонентов «ещё бы…не» в целом. Это значит, что «ещё бы…не» имеет нечленимость, а не выводится из значений каждого компонента: «ещё + бы…+ не» или «ещё бы + не». Так, в примере 3) нет фразеосхемы, функционирует схема «ещё бы» + «не», выражено значение отрицания: «Конечно, Армен не устроил сюрпризов».

3) – Все это произошло так быстро, что таганские не успели даже повытаскивать оружие, а Каленый помнил просьбу Тиграна не устраивать в ресторане пальбы. Еще бы этот Армен не устроил сюрпризов ― надо же, «узи» с собой приволок! Каленый крикнул Армену: ― Никакой пальбы! Тот кивнул (Алексей Грачев. Ярый против видеопиратов.1999) [9].

Структурные свойства

Схема «ещё бы…не» имеет структурные свойства фразеосхем, указанные выше Д.Н. Шмелёвым и В.Ю. Меликяном.

а) Она обладает обязательным неизменяемым (опорным) компонентом «ещё бы…не», это обосновывает основное модусное значение: утверждение. При этом зафиксирован обязательный порядок слов: частица «бы» находится сразу после слова «ещё», между ними нельзя добавить другие слова, иначе значение изменится. Например:

4) «Ну, что ж, – подумал Пафнутьев, – значит, надо искать Поливанова или то, что от него осталось. И еще я бы не прочь завести знакомство с гражданкой Морозовой Ириной Александровной. Ведь толклись же, толклись эти клетчатые пиджаки на месте взрыва...» (Виктор Пронин. Банда 8. 2005) [9].

В примере 4) нет фразеологизма, слово «ещё» самостоятельно выражает значение, подобное «кроме того», частица «не» участвует в образовании предиката «не прочь завести», частица «бы» употреблена для смягченного выражения желаемой необходимости действия.

б) Она обладает обязательным изменяемым компонентом. Такие единицы языка, употребляясь в речи, морфологически и лексически варьируются, но они выполняют одинаковую грамматическую функцию: образование диктумной пропозиции.

Из собранных 418 фактов выделяются 7 типов вариантов фразеосхем с опорным компонентом «ещё бы...не». Представляем их частотность в таблице:

Тип предложений

Фразеосхемы

Количество

В простых предложениях

(389)

ещё бы <Pron1[N1]> не + Vf;

55

ещё бы <Pron3[N3]> не + Vinf;

228

ещё бы … не + N [Adj, adv…];

105

ещё бы не…, деепричастные обороты….

1

В сложных предложениях

(29)

ещё бы…не + V [N, Adj, adv, …], когда…

22

ещё бы… не + V [N, Adj, adv, …], если…

4

ещё бы…не + V [N, Adj, adv, …], коли …

3

Очевидно, что эта фразеосхема чаще всего употребляется в инфинитивных предложениях. Высокая частотность фразеосхемы «ещё бы…<Pron3[N3]>…не + Vinf» – 54.5% – обусловливает необходимость проанализировать функциональные свойства этого типа фразеосхемы как отдельного варианта фразеосхемы с опорным компонетом «ещё бы…не».

Функциональные свойства фразеосхемы «ещё бы <Pron3[N3]>... не + Vinf»

В процессе анализа собранного материала мы заметили, что, с одной стороны, в этих инфинитивных предложениях лексические значения глаголов не ограничены, но с другой стороны, преобладает употребление ментальных глаголов (всего 103). Среди общепризнанных групп ментальных глаголов для исследуемых фразеосхем характерно употребление следующих четырёх групп глаголов:

а) глаголы памяти (всего 48): помнить (42); запомнить (4); вспомнить (2);

б) глаголы знания (всего 37): знать (33); узнать (4);

в) глаголы понимания (всего 12): понять (7); понимать (5);

г) глаголы ментального отношения (всего 6): согласиться (5); поверить (1);

Частотны также и глаголы эмоционального состояния, глаголы эмоционального отношения и глаголы восприятия:

глаголы эмоционального состояния (всего 15): удивиться (3); радоваться (2); обрадоваться (1); волноваться (1); разволноваться (1); тосковать (3); соскучиться (2); испугаться (1); отчаиваться (1);

глаголы эмоционального отношения (всего 10): любить (5); завидовать (3); ревновать(1); уважать(1);

глаголы восприятия (всего 10) – чувствовать(2); заметить(3); слыхать (2); слышать (1); видеть (1); смотреть (1).

Наряду с инфинитивными субъектными предложениями (в нашей выборке 226 употреблений), эта фразеосхема может выражать бессубъектное значение, что встречается редко (в нашей выборке всего 2 случая). Это объясняется тем, что действия или состояния, выраженные инфинитивами в этих фразеосхемах, чаще соотнесены с какими-то деятелями-субъектами: конкретными, неопределёнными или обобщёнными. Такой субъект «может быть как вербализованным, так и невербализованным, но позиция субъекта в структуре высказывания сохраняется» [3, с. 208]. Присутствие деятеля, «не выраженного подлежащим», а дательным падежом считается «категориальным значением инфинитивных предложений» [11, с. 1168].

Фразеосхемы «ещё бы <Pron3[N3]> не + Vinf» в предложениях с субъектным значением

Отличие этого типа фразеосхем от первого типа фразеосхем «ещё бы <Pron1[N1]> не + Vf» состоит не в выраженном значении, а в особенностях конструкций. Первый тип фразеосхем является двусоставными конструкциями, в них содержатся два главных члена – подлежащее и сказуемое (например: – Понимаете? – Еще бы я не понимал!). А второй тип фразеосхем является односоставными конструкциями с главным членом – сказуемым, выраженным инфинитивом, не зависящим ни от какого другого члена предложения. Соответственно, во втором типе фразеосхем деятели-субъекты (Pron3[N3]) могут отсутствовать. Это связано с разными причинами: «во-первых, невыраженный субъект легко восстанавливается из контекста или ситуации и его повторение может представляться автору информативно избыточным; во-вторых, для автора может быть и не важен производитель действия, т. е. действие может относиться к любому лицу. В таком случае инфинитивные предложения приобретают обобщённое значение» [10, с. 621].

С точки зрения прагматики этот тип фразеосхем выражает значение «утверждение», включающее в себя утверждение без объяснения и утверждение с объяснением.

Утверждение без объяснения наблюдается в следующих случаях:

(1) в предложениях с неопровержимым утверждением. Такое употребление часто встречается в ответной реплике на вопросы. Например:

5) – Так вот, сегодня на обед я заказала ему баранину по-бордосски. Помнишь, как в самый первый раз?

Еще бы мне не помнить! – К обеду приедут и муж, и Франсуа (Вацлав Михальский. Одинокому везде пустыня. 2003) [9].

Кроме того, такое неопровержимое утверждение может быть использовано

в качестве реакции на просьбы адресанта. Например:

6) – Позволю и даже прошу вас сказать мне это!

Еще бы мне не сказать вам! Отцу родному чего не сказал бы, а уж вам скажу! (А. Ф. Писемский. Масоны. 1880) [9].

Представляем и примеры с фразеосхемами без деятеля-субъекта:

7) А не покататься ли нам сегодня на лошадках? – предложила Николь. – Мне что-то ужасно захотелось. Помнишь, Мари, у меня был конь Сципион?

Еще бы не помнить! Такой славный. А у меня был Фридрих. Где они? (Вацлав Михальский. Одинокому везде пустыня. 2003) [9].

8) … Вы не устали, mesdames?

– Как не устали? Очень устали.

Еще бы не устать! И у меня в голове все ваши залы спутались (М.А. Алданов. Бегство. 1930) [9].

В примере 7) опускается деятель-субъект «мне», который может быть восстановлен из контекста. А в следующем примере 8) опускается обобщённый субъект, выражается такое значение: «все устали».

(2) в предложениях с усилением утверждения. Среди этих предложений можно выделить 2 разновидности:

(2.1) с повтором глаголов. Например:

9) О, я хорошо помню, как вошли в Бизерту русские корабли. Еще бы мне не помнить: с того дня судьба повернулась ко мне лицом (Вацлав Михальский. Весна в Карфагене. 2001) [9].

(2.2) с модальным словом со значением утверждения, в том числе «конечно», «разумеется», «естественно» и др. Например:

10) ― Запомнил?

Конечно, еще бы не запомнить! Это твой телефон? (Фазиль Искандер. Поэт // «Новый Мир». 1998) [9].

11) ― И если вы приедете в Сан-Франциско и захотите повидать свою сиделку, то найдете меня здесь. И я очень рада буду вас видеть, Чайк.

Разумеется, я к вам приду… Еще бы не прийти…Я за вас богу молиться буду! ― говорил Чайкин (К.М. Станюкович. Похождения одного матроса. 1900) [9].

(3) при неопровержимом утверждении и согласии. В примере 12) адресат утверждает правильность высказывания адресанта, отвечает молчаливым согласием:

12) ― Здесь обыск был, ― сказала Гюзель, ― здесь был кто-то чужой…

«Еще бы ему не быть, ― подумал я и ничего ей не ответил (Владимир Рецептер. Узлов, или Обращение к Казанове. 1993) [9].

Утверждение с объяснением наблюдается в следующих случаях:

(1) с частицей «ведь», близкой по значению к причинному союзу. Например:

13) – Это я тогда котенка брала у твоей матери для моего внука, а для его сына, Додика, помнишь?

Сашенька кивнула – еще бы ей этого не помнить, ведь она впервые увидела тогда Георгия, а Софья Абрамовна назвала его фамилию – Домбровский. (Вацлав Михальский. Весна в Карфагене. 2001) [9].

(2) с указанием факта, служащего основанием утверждения какого-то явления, суждения. Например:

14) Коломнин вгляделся в надежнейшего, откровенно симпатичного ему парня, изо всех сил пытавшегося не выказать бушевавшую в нем обиду. Еще бы не обидеться! Поступали с ним несправедливо (Семен Данилюк. Бизнес-класс. 2003) [9].

Предложение «поступали с ним несправедливо» служит основанием утверждения суждения «они обиделись».

(3) с определением характеристики ситуации, служащей основанием утверждения какого-то действия. Например:

15) – Нет скажите, что? – спросила я.

– А вот что. Помните, когда я вам рассказывал историю про А и Б?

Еще бы не помнить эту глупую историю. Хорошо, что так кончилось... (Л. Н. Толстой. Семейное счастье. 1859) [9].

16) Так вот. Ночью… она вдруг имя одно сказала. Каковое знать ей неоткуда было: Иоганна Шмидт…

– Помню ее, – вздохнула государыня.

«Еще бы не помнить тебе любимой наперсницы Елизаветы! Уж как она тебя тиранила!..» (Эдвард Радзинский. Княжна Тараканова. 1999) [9].

Можно заметить, что в примерах 15) и 16) при выражении значения «утверждения» говорящий даёт оценку объектам: «эту глупую историю», «любимой наперсницы Елизаветы». Такие характеристики объектов в контексте служит основанием утверждения действия «помнить».

(4) с использованием знаков препинания, в том числе: двоеточие, которое выполняет «разъяснительно-пояснительную функцию» [2, с. 59] и тире, которое «берёт на себя основное значение двоеточия как знака разъяснения» [2, с. 41]. Например:

17) О, я хорошо помню, как вошли в Бизерту русские корабли. Еще бы мне не помнить: с того дня судьба повернулась ко мне лицом (Вацлав Михальский. Весна в Карфагене. 2001) [9].

18) Хоть и прикрывала она лицо руками – бабы по-другому пугаться и не умеют, – все равно Серега ее узнал. Это была подружка Вовы-художника! Еще бы ее не узнать –встречались-то не так давно! (Сергей Таранов. Мстители. 1999) [9].

Фразеосхемы «ещё бы…не + Vinf» в предложениях с бессубъектным значением

В НКРЯ встретилось только 2 примера употребления таких фразеосхем в предложениях с безличным значением. Они выражают значение утверждения с объяснением. Среди них 1 пример с указанием факта, служащего основанием утверждения какого-то явления, суждения:

19) – …я там плотину делал.

– Из чего делал? – заинтересовался он, в одну минуту забывая все труды и

опасности.

– Из камней и земли; только вода размывала.

Еще бы не размыть! Без веток размоет. Надо веток положить. Давай сделаем! (А. О. Осипович (Новодворский). Карьера. 1880) [9].

1 пример с использованием знаков препинания двоеточия:

20) – Качает, дед! – жаловался я.

Еще бы не качать: крутой бейдевинд! – сказал он. – Отлично.

– Что же отличного?

– Как что: 101/2 узлов ходу, прошли Бискайскую бухту, утром будем на параллели Финистерре (И. А. Гончаров. Фрегат «Паллада». 1855) [9].

Можно заметить, что в этих примерах личные глаголы «размыть» и «качать» употреблены в безличном значении, это придаёт выражению оттенок «неизбежности»: «это неизбежно, что вода размывала: без веток», «это неизбежно, что фрегат качает: крутой бейдевинд».

Выводы

Таким образом, мы проанализировали семантические, структурные и функциональные свойства фразеосхем с опорным компонентом «ещё бы…не». Суммируя вышеизложенное, мы пришли к следующим выводам:

1) Значение этой фразеосхемы – утверждение, включающее в себя утверждение без объяснения и утверждение с объяснением.

2) Имеются 7 вариантов употребления этой фразеосхемы. Среди них фразеосхема «ещё бы <Pron3[N3]> не + Vinf» отличается высокой частотностью.

3) В инфинитивных предложениях преобладает употребление ментальных глаголов, при этом в этом типе фразеосхем деятели-субъекты (Pron3[N3]) могут отсутствовать, но позиция субъекта в структуре высказывания сохраняется.

4) Употребление «ещё бы <Pron3[N3]> не + Vinf» в инфинитивных предложениях с субъектным значением намного превосходит употребление в предложениях с бессубъектным значением.

References
1. Vakulenko D.A. O yazykovom statuse i rechevykh svoistvakh frazeoskhemy «ChTOB + V finit (pr.v.)!» / D.A. Vakulenko // Ural'skii filologicheskii vestnik. – 2014. – № 2. S. 120-129.
2. Valgina N.S. Aktual'nye problemy sovremennoi russkoi punktuatsii: uchebnoe posobie dlya vuzov / N.S. Valgina. – Moskva : Vysshaya shkola, 2004. – 259 s.
3. Kazarina V.I. Sovremennyi russkii yazyk: strukturnaya organizatsiya prostogo predlozheniya: Uchebnoe posobie / V.I. Kazarina. – Elets: EGU im. I. A. Bunina, 2007. – 329 s.
4. Kaigorodova I.N. Problemy sintaksicheskoi idiomatiki (na materiale russkogo yazyka) / I.N. Kaigorodova // Astrakhan': Astrakhanskii gosudarstvennyi pedagogicheskii universitet, 1999. – 249 s.
5. Melikyan V.Yu. K probleme postroeniya tipologii frazeosintaksicheskikh skhem russkogo yazyka / V.Yu. Melikyan // Yazyk. Tekst. Diskurs. – 2007. – № 5. – S. 237-246.
6. Melikyan V.Yu. Sintaksicheskie frazeologicheskie edinitsy russkogo yazyka / V.Yu. Melikyan // Russkii yazyk v shkole. – 2010. – № 11. – S. 55-61.
7. Melikyan V.Yu. Sovremennyi russkii yazyk: Sintaksicheskaya frazeologiya: ucheb. posobie / V.Yu. Melikyan. – Moskva: Flinta, 2014. – 232 s.
8. Melikyan V. Yu. Slovar' ekspressivnykh ustoichivykh fraz russkogo yazyka. Frazeoskhemy i ustoichivye modeli / V. Yu. Melikyan. – Moskva : Flinta, 2016. – 336 s.
9. Natsional'nyi korpus russkogo yazyka (NKRYa) [Elektronnyi resurs] / – Rezhim dostupa: http://www.ruscorpora.ru/ (data obrashcheniya: 15.09.2019)
10. Khoseini A., Valizadekh Kh. Infinitivnye predlozheniya so znacheniem ob''ektivnoi predopredelennosti v russkom yazyke i sredstva ikh peredachi v persidskom yazyke / A. Khoseini, Kh. Valizadekh // Molodoi uchenyi. – 2015. – № 2 (82) – S. 621-625.
11. Chzhan Bo, Pokrovskaya E.A. Vopros o sootnoshenii infinitivnykh i bezlichnykh predlozhenii v otechestvennoi lingvistike / Chzhan Bo, E.A. Pokrovskaya // Molodoi uchenyi. – 2015. – № 24 (104) – S. 1167-1169.
12. Shmelev D.N. Sovremennyi russkii yazyk. Leksika: Uchebnoe posobie dlya studentov / D.N. Shmelev. – Moskva: Prosveshchenie, 1977. – 335 s.