Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Philology: scientific researches
Reference:

The Functions of a Verb-and-Object Complex in Modern Chinese

Damdinova Buda-Khanda

PhD in Philology

Associate Professor of the Department of the Philology of Far Eastern Countries at Buryat State University

670000, Russia, respublika Buryatiya, g. Ulan-Ude, ul. Smolina, 24a

damdin-bhv@mail.ru
Other publications by this author
 

 
Alekseeva Inga

lecturer of the Department of Philology of the Far Eastern Countries at Buryat State University

670000, Russia, respublika Buryatiya, g. Ulan-Ude, ul. Smolina, 24a

inga-alex@rambler.ru

DOI:

10.7256/2454-0749.2018.4.27587

Received:

01-10-2018


Published:

08-10-2018


Abstract: The subject of the research is the lexical layer of modern Chinese. The object of the research is the verb-and-object complex 离合词 líhécí. The aim of the research is to cast light on the functions of the verbal and nominal elements of a Chinese verb-and-object complex that is marked with a fixed word order. The authors of the article analyze different interpretations of this controversial linguistic phenomenon of modern Chinese. The authors focus on the description of different variants of using verb-and-object complexes and provide examples in Chinese and their translation into the Russian language. The research is based on the method of continuous sampling of the linguistic materials from lexiographical sources and study books; and comparison. The authors describe the functions of 离合词 líhécí in a Chinese sentence. The verb-and-object complex of modern Chinese has a number of grammar peculiarities that differ it from commonly used verbs. The results of the research can be used to further study vocabulary of modern Chinese, to write study books and in teaching practice.  


Keywords:

chinese, grammar, verb, object, syntax, vocabulary, subject, predicate, addition, inversion


В современном китайском языке имеется группа языковых единиц 离合词 líhécí, состоящих из глагола и дублирующего его значение объекта, который не вносит новых значений в семантику самого глагола. Термин 离合词 líhécí дословно означает «раздельно-слитные слова». В отличие от обычных глаголов эта группа языковых единиц обладает некоторыми функциональными особенностями: её составные компоненты (глагол и существительное) могут использоваться в предложении как слитно, так и раздельно в зависимости от синтаксической функции. Статус 离合词 líhécí остается спорным вопросом в исследованиях как отечественных, так и китайских лингвистов. Исследователь В.С. Панфилов для обозначения离合词 líhécí использует термины «слова-разъединители» и «разрывной комплекс». «Для данных комплексов характерно следующее: во-первых, они способны к образованию конструкций, однотипных со свободными словосочетаниями; …во-вторых, разъединение допускают некоторые комплексы, один или оба компонента которых являются связанными морфемами, в связи с чем словесный статус комплекса не подлежит сомнению…; в-третьих, существуют комплексы, допускающие расположение служебных и знаменательных слов не только «внутри», но и «снаружи» комплекса» [4]. Отечественный лингвист В.А. Курдюмов 离合词 líhécí считает разновидностью глагола, который по строению представляет собой глагольно-объектный комплекс. Под термином глагол ученый подразумевает «слова, занимающие позицию глагола. Позиция глагола есть любая позиция в предложении, при замещении которой временно или постоянно (т.е. «в диапазоне» или «на маршруте») создается иллюзия принадлежности слова к классу глаголов. Это значит, что в указанной позиции слова обладают всеми «классическими» признаками данной части речи: отвечают на вопрос что делать?, являются сказуемыми, позиционно переходят в «причастия», «деепричастия» и т.д. Глагол – не что иное, как стабилизированная позиция сказуемого (комментария). Позицию глагола (сказуемое и производные) могут занимать слова со значением действия или процесса» [3]. Советский и российский китаевед О.М. Готлиб относит 离合词 líhécí к стандартным глаголам 普通动词 pǔtōngdòngcí, выделяя их в группу сложных глаголов, образующихся по глагольно-объектной структуре. «Стандартные глаголы передают значения действий, изменений и состояний. С точки зрения лексической структуры, они представлены простыми, производными и сложными словами» [2]. Российский ученый Скворцов А.В. относит 离合词 líhécí к глагольно-объектным словосочетаниям. «Словосочетание – это синтаксическая единица, состоящая из двух и более знаменательных слов, связанных подчинительной связью. Функции словосочетаний – называние предметов, действий и их признаков более развернуто, чем слово. Структура простейших словосочетаний с подчинительными отношениями: “главное слово + зависимое слово”» [5]. Профессор А.А. Хаматова вслед за китайскими коллегами 离合词 líhécí относит к глагольно-объектным образованиям наряду со словами и словосочетаниями. «Среди глагольно-объектных образований современного китайского языка выделяется группа сложных образований, которые китайские лингвисты относят к 离合词 líhécí, т.е. к словам, способным расчленяться» [6, с.141, 143].

Обладая грамматическими свойствами глагола, 离合词 líhécí в предложении могут функционировать как словосочетания. В виду их сложной природы у исследователей возникают разные трактовки этого понятия. С лексической точки зрения 离合词 líhécí можно относить к словам. Такого мнения придерживаются китайские ученые Ли Цинхуа [8], Чжао Цзиньмин [13], Чжао Шухуа и Чжан Баолинь [14]. Китайские лингвисты Люй Шусян [9], Ли Дачжун [7] склонны离合词 líhécí относить к глагольно-объектным словосочетаниям, так как они обладают синтаксическими свойствами словосочетаний. Китайский ученый Люй Вэньхуа [10] считает, что 离合词 líhécí занимают промежуточную позицию между словом и словосочетанием.

Введенный в прошлом веке китайскими лингвистами термин离合词 líhécí обладает грамматическими свойствами, как глагола, так и словосочетания. Вслед за отечественным синологом В.А. Курдюмовым мы называем离合词 líhécí глагольно-объектным комплексом.

Большая часть лексических единиц китайского языка не имеет морфологических показателей частеречной принадлежности, их границы размыты и не так легко определяемы. Слово, оставаясь неизменным в одной форме, может выполнять функцию разных частей речи в зависимости от его местоположения в предложении, от узкого и широкого контекста. Глагольно-объектный комплекс в предложении также может выступать в роли различных членов предложения. В первую очередь он выполняет синтаксическую функцию сказуемого. Например:

他已经睡觉了。 Tā yǐjīng shuìjiàole. Он уже уснул.

你们都听懂吧? Nǐmen dōu tīngdǒng ba? Вам ведь всем понятно?

我们喜欢唱歌。 Wǒmen xǐhuān chànggē. Мы любим петь.

我们好像见过面,是吗? Wǒmen hǎoxiàng jiànguò miàn, shì ma? Кажется, мы раньше встречались, не так ли?

我们刚才谈了很多话儿。 Wǒmen gāngcái tánle hěnduō huàr. Мы только что поговорили о многом.

Глагольно-объектный комплекс в роли сказуемого может употребляться как слитно, так и раздельно. В остальных случаях составные части глагольно-объектного комплекса встречаются слитно.

В роли подлежащего:

洗澡很舒服。 Xǐzǎo hěn shūfu. Принятие душа приятное занятие.

散步、游泳都是很不错的习惯。 Sànbù, yóuyǒng dōu shì hěn bùcuòde xíguàn. Ходьба, плавание – хорошие привычки.

跳舞是很多学生的爱好。 Tiàowǔ shì hěnduō xuéshēngde àihào. Танцы – хобби многих студентов.

В роли определения:

捣乱分子 dǎoluàn fènzi дезорганизатор

结婚仪式 jiéhūn yíshì церемония бракосочетания

游泳帽 yóuyǒng mào плавательная шапочка

В роли обстоятельства:

安娜出神地听着姐姐说的。 Ānnà chūshénde tīngzhe jiějiě shuōde. Анна рассеянно слушает сестру.

老师担心地问我。 Lǎoshī dānxīnde wèn wǒ. Учитель с беспокойством задал мне вопрос.

В роли дополнения:

求放心 qiú fàngxīn искать пути к преодолению душевных страстей

При условии несовпадения семантики составных частей глагольно-объектный комплекс может подвергаться инверсии. Например:

澡我已经洗过了。 Zǎo wǒ yǐjīng xǐguole. Помылся я уже.

澡我不洗了。 Zǎo wǒ bù xǐle. Мыться я передумал.

В отличие от обычных глаголов характерной особенностью глагольно-объектного комплекса является невозможность принятия после себя прямого дополнения. Исключением является глагольно-объектный комплекс 担心 dānxīn «беспокоиться, тревожиться». Например: 担心他的身体。 Dānxīn tāde shēntǐ. Беспокоиться за его здоровье.

Косвенные дополнения могут быть введены при помощи разных предлогов либо занимать позицию определения к именной части комплекса. Например:

今天我和她见了面。 Jīntiān wǒ hé tā jiànle miàn. Сегодня я с ней встретился.

今天我见了她的面。 Jīntiān wǒ jiànle tāde miàn. Сегодня я с ней встретился.

明天他要跟老师见面。 Míngtiān tā yào gēn lǎoshī jiànmiàn. Завтра он встречается с учителем.

她经常给我帮忙。 Tā jīngcháng gěi wǒ bāngmáng. Она часто мне помогает.

她常常帮我的忙。 Tā chángcháng bāng wǒde máng. Она часто мне помогает.

杰克老是开我的玩笑。 Jiékè lǎoshi kāi wǒde wánxiào. Джек все время шутит надо мной.

杰克老是跟我开玩笑。 Jiékè lǎoshi gēn wǒ kāiwánxiào. Джек все время шутит надо мной.

我明天给他们考试。 Wǒ míngtiān gěi tāmen kǎoshì. Завтра я буду принимать у них экзамен.

我吃了他的亏。 Wǒ chīle tā de kuī. Он меня обидел.

Перевод косвенного дополнения при глагольно-объектном комплексе не всегда может быть однозначным, необходимо опираться на лингвистический контекст. Например, 看病 kànbìng имеет два значения: 1) лечить; осматривать больного; 2) лечиться; приходить на прием. Поэтому в зависимости от контекста предложение 医生正在忙着看他的病。 Yīshēng zhèngzài mángzhe kàn tāde bìng может быть переведено: 1) Врач осматривает больного; 2) Он на осмотре у врача.

Объект 离合词 líhécí может выступать как определяемое слово и оформляться определением: 帮了大忙 bāngle dàmáng оказал большую помощь, 睡大觉 shuì dà jiào «спать крепко», 洗舒服澡 xǐ shūfu zǎo «приятное купание».

Грамматической особенностью глагольно-объектного комплекса является то, что при необходимости его глагольная часть может удваиваться. Способы отличаются от редупликации обычных двусложных глаголов. Последние редуплицируются по модели AABB, ABAB. 离合词 líhécí чаще всего редуплицируется по модели ААВ, А了АВ, А一АВ: 唱唱歌 chàngchànggē «спеть», 帮帮忙 bāngbāngmáng «помочь», 见见面 jiànjiànmiàn «встретиться», 散散步 sànsànbù «прогуляться», 游了游泳/游一游泳yóule yóuyǒng/yóuyī yóuyǒng «поплавал/поплавать».

При постановке общего вопроса настойчивого характера, когда ожидается утвердительный ответ, дублируется только глагольный компонент离合词 líhécí :

洗不洗澡? Xǐ bù xǐzǎo? Будете ли принимать ванну?

结没结婚? Jié méi jiéhūn? Поженились ли?

吃不吃饭? Chī bù chīfàn? Будете ли обедать?

Выше было отмечено, что компоненты глагольно-объектного комплекса употребляются в предложении как слитно, так и раздельно. В последних случаях между составными частями вставляются различные языковые единицы, о которых подробно изложим ниже.

Числительные со счетными словами перед именной частью комплекса указывают на кратковременность или кратность действия:

她吃了一惊。 Tā chīle yī jīng. Она поразилась.

去年我出了三趟差。 Qùnián wǒ chūle sān tàng chāi. В прошлом году я три раза был в командировке.

我昨天考了两堂试。 Wǒ zuótiān kǎole liǎng táng shì. Я вчера сдал два экзамена.

奶奶稍微放了点儿心。 Nǎinai shāowéi fàngle diǎnr xīn. Бабушка немного успокоилась.

这个星期跟他见了一个面。 Zhège xīngqī gēn tā jiànle yīgè miàn. На этой неделе повидался с ним.

Маркеры возможности или невозможности совершения действия также могут употребляться между составными частями глагольно-объектного комплекса. Например:

古波生病,起不来床,今天不上课了。 Gǔbō shēngbìng, qǐbùláichuáng, jīntiān bù shàngkèle. Губерт заболел, что не может встать с кровати. Сегодня он не пойдет на занятия.

Для выражения времени глагольный компонент 离合词 líhécí , как и обычные глаголы, оформляется видо-временными показателями 着 zhe、了 le、过 guo.

听到你的声音, 爷爷才放了心。 Tīngdào nǐde shēngyīn, yéyé cái fànglexīn. Только услышав твой голос, дедушка успокоился.

四年级的学生已经留过学。 Sì niánjíde xuéshēng yǐjīng liúguòxué. Студенты четвертого курса уже были на стажировке.

我进去的时候,他们正吵着架。 Wǒ jìnqùde shíhòu, tāmen zhèng chǎozhejià. Они ругались в тот момент, когда я вошел.

Слова со значением времени занимают позицию как перед именной частью глагольно-объектного комплекса, так и после редуплицированной глагольной части:

洗了两个小时的澡。 Xǐle liǎngge xiǎoshíde zǎo. Два часа принимал душ.

洗澡洗了半个小时。 Xǐzǎo xǐle bànge xiǎoshí. Полчаса принимал душ.

睡了八小时的觉。 Shuìle bā xiǎoshíde jiào. Проспал восемь часов.

Именная часть глагольно-объектного комплекса при помощи предлога 把 bǎ может быть вынесена перед глагольной частью, а также может быть оформлена определением (прилагательным или притяжательным местоимением):

我把澡洗好了。 Wǒ bǎ zǎo xǐhǎole. Душ я принял.

前年他们公司吃了大亏。 Qiánnián tāmen gōngsī chīledàkuī. В позапрошлом году их фирма понесла большой убыток.

你生什么气呀? - 我生我自己的气, 没生你的气。 Nǐ shēng shénme qì ya? - Wǒ shēng wǒ zìjǐde qì, méi shēng nǐde qì. На кого ты сердишься? - Сержусь на себя, а не на тебя.

他们必须把音录下来。 Tāmen bìxū bǎ yīn lùxiàlái. Им необходимо звук записать.

我们把婚离了。 Wǒmen bǎ hūn líle. Брак мы расторгли.

Для выражения конкретного результата или общей констатации достижения результата действия глагольной части 离合词 líhécí употребляются результативные морфемы. Они, как правило, ставятся между глагольной и именной частями: 结完婚 jiéwánhūn «поженились», 见着了面 jiànzháolemiàn «встретились», 帮倒忙 bāngdàománg «оказал медвежью услугу», 放下了心 fàngxiàlexīn «успокоился».

Глагольно-объектный комплекс в современном китайском языке отличается от обычных глаголов рядом грамматических особенностей. Во-первых, глагольная и именная части комплекса могут в предложении употребляться слитно или раздельно. Во-вторых, между этими частями могут быть использованы показатели времени, возможности или невозможности совершения действия, результативные морфемы и др. В-третьих, у глагольно-объектного комплекса отсутствует прямое дополнение за редким исключением, а косвенное оформляется предлогами или занимает позицию определения перед именной частью комплекса. В синтаксическом плане глагольно-объектный комплекс выступает в функции разных членов предложения, глагольная его часть может редуплицироваться, а именная – подвергаться инверсии.

References
1. Bol'shoi kitaisko-russkii slovar' v 4-kh tomakh.-Pod red. I.M. Oshanina.-M.: Nauka, 1983-84. – 7947 s.
2. Gotlib O.M. Prakticheskaya grammatika sovremennogo kitaiskogo yazyka. – M.: AST: Vostok-Zapad, 2007. – 287 s.
3. Kurdyumov V.A. Kurs kitaiskogo yazyka. Teoreticheskaya grammatika. – M.: Tsitadel'-treid: Veche, 2006. – 576 s.
4. Panfilov V.S. Slovo v kitaiskom yazyke (prototipicheskii podkhod) // Voprosy yazykoznaniya. M., 2008, № 2. – S.57-64.
5. Skvortsov A.V. Predperevodcheskii analiz tekstov na kitaiskom yazyke. – M.: Vostochnaya kniga, 2016. – 320 s.
6. Khamatova A.A. Slovoobrazovanie sovremennogo kitaiskogo yazyka. – M.: Muravei, 2003. – 224 s.
7. 李大忠. 动宾格[J]. 外国人学汉语语法偏误分析,北京, 1996. 108-129页. Li Dachzhun. Glagol'no-ob''ektnye formy//Analiz grammaticheskikh oshibok pri izuchenii kitaiskogo yazyka inostrantsami. Pekin, 1996. – S.108-129.
8. 李清华. 谈离合词的特点和用法[J]. 语言教学与研究, 北京, 1983(2). 21-32页. Li Tsinkhua. Ob osobennostyakh i funktsiyakh likhetsy// Prepodavanie i issledovanie yazyka. Pekin, 1983. №2. – S.21-32.
9. 吕叔湘. 汉语语法分析问题[J]. 汉语语法论文集, 北京, 1984(1), 481-571页. Lyui Shusyan. Problemy analiza grammatiki kitaiskogo yazyka//Sbornik statei po grammatike kitaiskogo yazyka. Pekin, 1984, Vyp.1. – S.481-571.
10. 吕文华. 短语词的划分在对外汉语教学中的意义[J]. 语言教学与研究,北京, 1999(3). 53-65页. Lyui Ven'khua. O razgranichenii slovosochetanii v prepodavanii kitaiskogo kak inostrannogo// Prepodavanie i issledovanie yazyka. Pekin, 1999. №3. – S.53-65.
11. 许琳等. 汉语作为外语教学能力等级标准及考试大纲 [M],北京:北京大学出版社,2005. 176 页. Syui Lin' i dr. Programma obucheniya kitaiskomu yazyku kak inostrannomu. Pekin: Izdatel'stvo Pekinskogo universiteta, 2005. – 176 s.
12. 叶盼云,吴中伟. 外国人学汉语难点释疑 [M],北京:北京语言大学出版社,2010. 321 页. E Pan'yun', U Chzhunvei. Trudnosti v izuchenii kitaiskogo yazyka u inostrantsev. Pekin: Izdatel'stvo Pekinskogo lingvisticheskogo universiteta, 2010. – 321 s.
13. 赵金铭. 能扩展的‘动+名’格式的探讨[J]. 语言教学与研究,北京, 1984(2), 4-22页. Chzhao Tszin'min. Diskussii o vozmozhnosti rasshireniya struktury «glagol+sushchestvitel'noe»//Prepodavanie i issledovanie yazyka. Pekin, 1984. №2. – S.4-22.
14. 赵淑华、张宝林. 离合词的确定及对其性质的再认识[J]. 语言教学与研究,北京, 1996(1). 136-150页.Chzhao Shukhua, Chzhan Baolin'. Ob opredelenii likhetsy i ego kharakteristikakh// Prepodavanie i issledovanie yazyka. Pekin, 1996. №1. – S.136-150.