Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Genesis: Historical research
Reference:

Legal mentality and methodological foundations of the dissertation development of legal studies in Russia (late XIX – early XX centuries)

Apol'skii Evgenii Aleksandrovich

PhD in Law

Docent, the department of Theory and History of State and Law, Rostov Branch of the All-Russian State University of Justice (RLA of the Ministry of Justice of Russia)

344019, Russia, Rostovskaya oblast', g. Rostov-na-Donu, ul. 14-Liniya, 45/61, of. 21

apolski@mail.ru
Mamychev Aleksei Yur'evich

Professor, the department of Theory and History of Russian and Foreign Law, Vladivostok State University of Economics and Service

690014, Russia, Primorsky Krai, Vladivostok, Gogolya Street 41, office #5501

mamychev@yandex.ru
Other publications by this author
 

 
Mordovtsev Andrei Yur'evich

Doctor of Law

Professor, the department of Theory and History of Russian and Foreign Law, Vladivostok State University of Economics and Service

690014, Russia, Primorskii Krai oblast', g. Vladivostok, ul. Gogolya, 41, aud. 5501

aum.07@mail.ru
Other publications by this author
 

 
Trigub Georgii Yakovlevich

PhD in History

Docent, the department of Theory and History of Russian and Foreign Law, Vladivostok State University of Economics and Service

690014, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, ul. Gogolya, 41

joker1073@rambler.ru

DOI:

10.25136/2409-868X.2017.12.22886

Received:

03-05-2017


Published:

29-01-2018


Abstract: The object of this research is the political legal though of the late XIX – early XX centuries; while the subject is the process of formation of the national methodological foundations of the dissertation development of state legal studies over the period of the XIX – early XX centuries in the Russian Empire. Particular attention is given to the mainstream, mental elements and development trends of the national political legal thought, “methodological preferences”, worldview orientations in examination of the political and legal phenomena and processes. The authors considered the master’s and doctoral theses on state law, defended in the law faculties of universities of the Russian Empire, which selected the issues and questions of the methodology of science as the subject of research; using the legal-hermeneutic and comparative-historical methods, were examined the goals, tasks, content, and results of the theses of the indicated timeframe. The work determines the general patterns of genesis and development of the methodological legal studies contained in the pre-revolutionary theses, which were justified by the specificity of evolution of the legal science in Russian in the late XIX – early XX centuries. A conclusion is formulated about the peculiarities of origination of the national methodological grounds of dissertation development of the legal studies in Russia over the indicated timeframe.


Keywords:

law, legal mentality, legal culture, legal consciousness, doctoral dissertations, state law, university, methodology, Russian Empire, general-theoretical analysis


Введение

Применительно к любому этапу развития науки можно без сомнения утверждать, что методологическим аспектам традиционно уделяется пристальное внимание независимо от уровня развития государственной политики в указанных сферах. Это представляется важным в силу постоянного поиска наиболее эффективных средств и способов разработки государственно-правовых явлений, непрерывного совершенствования набора используемых методов для решения различных научных задач. Не менее актуальным, на наш взгляд, является изучение генезиса и развития методологии юридической науки на ранних этапах ее формирования.

Методология науки, в частности средства и способы проведения юридических исследований, выявления закономерностей генезиса и развития государственно-правовых явлений, политических и правовых учений, весьма разработана как в советский, так и в современный период. Тем не менее, методологические вопросы продолжают активно обсуждаться среди исследователей права, звучат призывы к поиску новых, более эффективных приемов отыскания объективной истины, закономерностей, получения научного юридического знания, соответствующего современным потребностям.

В качестве объекта исследования в настоящей статье выбраны магистерские и докторские диссертации по государственному праву, защищенные на юридических факультетах императорских российских университетов в XIX – начале ХХ вв. и посвященные различным методологическим проблемам. В науке неоднократно обращалось внимание на необходимость тщательного анализа содержания указанных работ, причем, не только в теоретико-методологическом ракурсе, но и в правоментальном контексте [1,2]. В силу этого нами была осуществлена общетеоретическая оценка содержащихся в диссертациях методологических правовых учений с использованием как традиционных средств юридического познания (сравнительно-исторический, юридико-герменевтический метод), так и сравнительно новых методов (метатеоретический подход) [3]. В частности, при изучении и общетеоретическом анализе магистерских и докторских диссертаций основное внимание уделялось оценке предметно-методологической составляющей данных работ, места и роли последних в становлении национальных методологических основ научной диссертационной разработки права в России.

Материалы и методы

Вплоть до 1917 г. в Российской империи защищено семь диссертаций, посвященных методологии науки:

- магистерские: Н.А. Зверев (Московский университет, 1883 г.: «Основания классификации государств в связи с общим учением о классификации»), Ф.В. Тарановский (Санкт-Петербургский университет, 1904 г.: «Юридический метод в государственной науке. Очерк развития его в Германии»), Н.Н. Алексеев (Московский университет, 1912 г.) [4,5,6];

- докторские: А.А. Благовещенский (Санкт-Петербургский университет, 1835 г.: «История метод науки законоведения в XVIII в.»), В.И. Сергеевич (Московский университет, 1871 г.: «Задача и метода государственных наук. Очерки современной политической литературы»), Д.Я. Самоквасов (Варшавский университет, 1878 г.: «История русского права. Т. 1. Начала политического быта древнерусских славян. Вып. 1. Литература. Источники. Методы учёной разработки источников»), Б.А. Кистяковский (Харьковский университет, 1917 г.: «Очерки по методологии социальных наук и общей теории права») [7,8,9,10].

Объект и предмет исследований. Анализ хронологии защищенных диссертаций показывает, что до 80-х гг. XIX века вопросы методологии поднимались исключительно в докторских исследованиях, что вероятнее всего объясняется сложностью самих методологических изысканий. В период с 1883 г. и до 1912 г. защищались только магистерские диссертации; лишь в 1917 г. последнее исследование методологии юридической науки представлено в докторской диссертации Б.А. Кистяковским.

В то же время выбор методологических проблем в качестве объекта исследования был обусловлен необходимостью дальнейшего развития науки, которая остро нуждалась в тот период в стройной системе средств и способов познания права. Совершенно справедливое мнение по этому поводу выразил Д.Я. Самоквасов в докторской диссертации, называя причиной своей работы множество критических оценок ученых относительно уровня разработки истории политико-правовых отношений наших предков (славян), и обозначая вопрос: «Почему научная разработка источников познания начал быта наших предков в течение почти 150 лет не дала положительных результатов и как должно пользоваться этими средствами, чтобы поставить ученую разработку древнейшего периода истории русского права на положительные основы»? [9, с. VI].

Часто в диссертациях в качестве объекта исследований выбиралась та или иная наука: «наука законоведения» у А.А. Благовещенского, «наука государственного права» у В.И. Сергеевича, «социальные науки», «общая теория права» у Б.А. Кистяковского. В трех работах упоминаются более ограниченные по объему объекты научной разработки: «классификация, как основа сравнительно-исторического изучения общественных явлений» у Н.А. Зверева, «идея натурализма в социально-политических теориях нового времени» у Н.Н. Алексеева, а также «юридический метод в государственной науке» у Ф.В. Тарановского. Отличный от указанных выше объект исследования находим у Д.Я. Самоквасова, который выделяет в качестве такового: а) воззрения и теории, а также сформировавшиеся научные школы по вопросу о началах политического быта русских славян в эпоху призвания Рюрика; б) летописные источники познания начал политико-юридического быта древнерусских славян; в) вещественные памятники истории русского права древнейшего периода; г) исторические памятники различных народов, политико-юридические отношения, существующие у современных народов, стоящих на различных ступенях цивилизации.

Предмет исследования в анализируемых работах в большинстве случаев характеризуется поиском новой либо более совершенной методологии при разработке той или иной науки, учения, доктрины. Так, выделены предметы: методология общей теории права, догматической юриспруденции (Б.А. Кистяковский); место и общее значение юридического метода в немецкой государственной науке (Ф.В. Тарановский), знание о классификации, как методе исследования (Н.А. Зверев); поиск новой методологии научной разработки объектов исследования (Д.Я. Самоквасов); задачи и методы науки государственного права в Германии, Франции и Англии (В.И. Сергеевич); методы науки законоведения (А.А. Благовещенский).

Лишь в диссертации Н.Н. Алексеева предмет (механическая теория и теория исторического материализма) выступает средством достижения методологической цели: «показать, применимы ли, и в каком смысле, методы естествознания к изучению общественных явлений, возможна ли и каким образом социология, как естественная наука… исследовать те формальные познавательные предпосылки, из которых исходил социально-политический рационализм» [6, с. XIII]. Поэтому механическая теория и теория исторического материализма взяты Н.Н. Алексеевым в качестве «проявлений идеи натурализма в социально-политических теориях нового времени, которые создались под влиянием аналогий, заимствованных из гипотез механического естествознания» [6, с. IX].

Еще одна объединяющая все семь методологических диссертаций особенность заключается в том, что все авторы, кроме Н.А. Зверева, до написания работы либо в период ее подготовки проходили обучение (или стажировку) за границей (обычно в Германии); это факт прямо влиял на выбор объекта и предмета исследования. Например, Ф.В. Тарановский на протяжении 1902-1903 гг. проходил стажировку в университетах Гейдельберга, Гёттингена и Берлина, работал в библиотеках Франции и Германии, подбирая материал для очерка развития юридического метода в государственной науке Германии. Можно выделить и А.А. Благовещенского, который после зарубежной командировки и обучения у проф. Савиньи в Берлинском университете в собственной диссертации выступил как приверженец положительного права вместо естественного.

Наконец нельзя не отметить и тот факт, что практически все авторы анализируемых диссертационных исследований оставались верны выбранному на заре научной деятельности направлению разработки методологических аспектов и проблем, посвящая данным вопросам дальнейшие труды. Трагическое исключение из общего правила составляет лишь А.А. Благовещенский, который ушел из жизни почти сразу после защиты магистерской диссертации.

Методология исследований. Анализ способов и средств познания методологических проблем, использовавшихся в рассматриваемых в настоящей статье диссертациях, также демонстрирует единые подходы авторов. Это видно по набору методологических приемов: в подавляющем большинстве случаев дореволюционные государствоведы использовали исторический метод как основной (А.А. Благовещенский, Ф.В. Тарановский), либо же в качестве вспомогательного (Д.Я. Самоквасов, Н.А. Зверев, Б.А. Кистяковский). В том случае, когда исторический метод не использовался в работах (В.И. Сергеевич, Н.Н. Алексеев), это обусловливалось их целью и предметом. При этом характерной чертой всех диссертаций являлось отсутствие прямого упоминания авторов о тех методах, которые будут ими применяться. Лишь Н.Н Алексеев в своей методологической работе, рассуждая о механической теории общества и историческом материализме, ставил задачу критического анализ указанных теорий, понимая их как чистые учения, без примеси оценочной литературы. В частности, рассуждая о теории исторического материализма, автор подчеркивал, что «…поставил своей целью не характеризовать и опровергать то, что говорят Каутский, Лабриола, Лафарг и их бесчисленные сторонники и противники, но формулировать наиболее общие принципы теории самого Маркса, по возможности, отличая ее даже от взглядов Энгельса» [6, с. XII]. По его словам, философ и методолог «…стремится ухватить наиболее общий и подлинный смысл теории, а не ее частные уклонения» [6, с. XII].

Наравне с историческим авторы использовали также сравнительный метод в сочетании с критическим анализом (литературных воззрений, учений, доктрин).

Результаты

Представленный выше анализ и общетеоретическая оценка магистерских и докторских диссертаций по государственному праву, посвященных проблемам методологии науки и защищенных на юридических факультетах императорских российских университетов в XIX – ХХ вв., позволили определить следующие закономерности генезиса и развития содержащихся в них правовых учений:

- в большинстве диссертационных исследований авторы ставили цель способствовать дальнейшему развитию юридической науки; главной же задачей видели снабжение будущих ученых средствами и способами научной разработки правовых явлений;

- период подготовки методологических исследований сопровождался работой и (или) стажировками за границей, в университетах, библиотеках, либо под руководством известных профессоров;

- в подавляющем большинстве случаев основным методом при проведении методологических исследований выбирался исторический, который использовался в сочетании с другими приемами (сравнительный, критический);

- методологические исследования характеризуются высокой результативностью, которая выражалась как в формах научного знания, так и в практических рекомендациях относительно наиболее эффективных средств и способов познания права и государства.

Вместе с тем, следует выделить и результаты самих диссертационных методологических исследований по государственному праву, систематизировать которые позволило выделение основного критерия – форма научного знания. Именно эта науковедческая категория, на наш взгляд, позволяет объективно оценить вклад каждого автора диссертации в становление и развитие методологии науки, вклад в процесс развития отечественной науки в целом. Итак, в качестве критерия систематизации результатов, полученных в диссертациях, на наш взгляд, следует использовать такие формы научного знания, как научная идея, гипотеза, концепция, классификация, теория и др.

Говоря о формах научного знания, в которых дореволюционные ученые-юристы формулировали полученные в диссертациях результаты, следует заметить, что в рассматриваемый период развития отечественной науки основной целью большинства исследователей была подготовка научной базы для дальнейших разработок. В силу этого в большинстве случаев основным результатом работы по подготовке диссертации была историческая либо догматическая разработка определенного института, государственно-правового явления или доктрины.

Тем не менее, в отдельных диссертациях формы научного знания представлены. В самой первой (хронологически) методологической диссертации А.А. Благовещенский определил закономерность развития законоведения в XVII в.: «в римском, церковном, ленном, государственном, гражданском и уголовном законоведении обнаружился дух строго порядка и стремление к непрерывному синтетическому образованию... Видно было стремление каждое отдельное учение раздроблять систематически, составлять определения, извлекать из них положения, доказывать и приводить их в порядок, и все это излагать точно, ясно и удостоверительно. Еще более видно было стремление все положительное законоведение объяснить из философского законоведения» [7, с. 379]. Там же представлено и определение сравнительного законоведения: «Под именем сравнительного законоведения можно понимать тот образ изучения и преподавания законов, по которому законы и законные правила какого-либо определенного государства сравниваются с законами того же самого государства, например настоящие законы с прежними, или с законами других государств, в большем или меньшем количестве взятых, или наконец, с законами и обычаями всех государств и народов, прежде существовавших и ныне существующих» [7, с. 414].

Гипотезу об относительном характере родовых понятий и определение элементарного подобия предложил Н.А. Зверев; он же обосновал в магистерской диссертации классификацию государств, которая, по его задумке, должна состоять из следующих элементов: «А) Простые формы, с нераздельным органов верховной власти: а) монархии, б) аристократии и в) демократии; Б) Сложные формы, верховный орган которых делится на составные органы: а) монархические, б) аристократические и в) демократические сложные государства (или: сложные монархии, аристократии и демократии) [4, с. 384-385].

Результаты, предложенные авторами в своих методологических работах, довольно часто имели практическую направленность, что в целом нехарактерно для дореволюционных диссертационных учений о праве. Так, Д.Я. Самоквасов, анализируя методы учёной разработки источников древнерусского права, разрабатывает подробные инструкции, рекомендации (руководство) к научному использованию курганов и городищ, к ведению дневника раскопок, к процессу описания внешних условий курганов, к способу и приемам раскопки курганов, к описанию устройства и содержимого могил в исследованных курганах [9, с. 208-214]. Более того, отвергая метафизику, автор призывает использовать методы реальных наук, в частности, индукции: «Наука настоящего времени должна идти путем обратным; общие начала политического быта древнерусских славян должны быть выведены из фактов исторической действительности» [9, с. 248].

К подобной цели – снабдить будущих исследователей права практическими рекомендациями в области выбора методологии, – стремится также Б.А. Кистяковский: «Надо провести строгое разграничение между юридико-догматическим и научно-теоретическим изучением права. Догматическая юриспруденция имеет дело с вполне ограниченным в принципе материалом. В первую очередь она изучает систему правовых норм или правовой порядок, действующий в каком-либо определенном обществе… Для изучения ее необходимо и достаточно применять методы формальной логики, употребляемые в чисто описательных науках, т.е. обобщение, сведение норм к понятиям, классификация их и выведение из конструированных понятий всех заключающихся в них следствий. В виду того, что материал, подлежащий юридико-догматическому изучению, как вполне отграниченный и законченный в принципе, может быть изучен исчерпывающе, понятия, полученные догматической юриспруденцией путем чисто формально-логических обобщений, обладают безусловной достоверностью и общезначимостью» [10, с. 670-671]. По его мнению, необходим синтез всего добываемого научным исследованием знания о праве, результатом чего должно быть «не определение какого-то нового понятия права, а раскрытие и постижение смысла права. Здесь наука о праве соприкасается с философией права» [10, с. 683].

Указанная выше практическая направленность результатов в той или иной мере присутствует во всех методологических диссертациях рассматриваемого периода.

Обсуждение и выводы

Проведенная в настоящей статье общетеоретическая оценка методологических диссертационных правовых учений должна быть распространена и на иные области научного дореволюционного знания, что позволит в будущем составить объективную картину научной диссертационной разработки отраслевых юридических наук. В итоге должны быть получены и систематизированы основные результаты диссертационной разработки дореволюционной юридической науки. Это представляется принципиально важным сегодня, поскольку в национальном законодательстве не регламентируется, что именно считать научным достижением, научно обоснованными решениями и разработками, как определять какие результаты новые, а какие нет. При этом, если говорить о необходимости определить новизну научного результата, полученного в диссертации на соискание ученой степени кандидата или доктора наук (например, юридических), то предложенный автором научный результат следует сравнить с предыдущим результатом, полученным ранее по данной специальности, институту, узкой области знаний. Указанная процедура осуществляется сегодня, как правило, официальными оппонентами и отражается в письменном отзыве на диссертацию. Представляется также, что под научным результатом следует понимать формы научного знания (теоретического либо эмпирического), представленные в положениях к диссертации (гипотезы, научные идеи, закономерности, концепции, понятия, теории и др.).

Но если представить себе, какое количество диссертаций защищается ежегодно по любой отраслевой юридической науке, то оппоненту либо иному лицу, оценивающему новизну полученных автором результатов, нужно изучить и осмыслить огромный объем научной информации дореволюционного, советского и постсоветского периода, что практически невозможно, даже учитывая имеющиеся сегодня технические возможности. Следствием этого является зачастую субъективная оценка оппонентом предложенного в диссертации результата, объявление его новым и актуальным либо же не обладающим такими признаками.

По нашему мнению, чтобы исключить подобную (субъективную) оценку при определении новизны результата, нужна определенная база данных научных результатов, полученных ранее (идеально – за весь предшествующий период). Она позволит сравнивать получаемые сегодня результаты с предыдущими (полученными учеными ранее) и определять их новизну, оригинальность и актуальность. Первыми шагами в этом направлении как раз и является систематизация результатов дореволюционных диссертационных исследований.

References
1. Mordovtsev A.Yu., Popov V.V. Rossiiskii pravovoi mentalitet. Rostov n/D., 2007. 426 s.
2. Yakushev, A.N. Zaklyuchenie ekspertnogo soveta VAK o sootvetstvii dissertatsii, ustanovlennym kriteriyam: normativnye osnovy ushcherbnoi modernizatsii // Pravo i obrazovanie. – 2014. – № 9. – S. 44-61.
3. Protasov, V.N. Nekotorye voprosy pravovoi metateorii // Gosudarstvo i pravo. – 2009. – №11. – S. 85-89.
4. Zverev, N.A. Osnovaniya klassifikatsii gosudarstv v svyazi s obshchim ucheniem o klassifikatsii. Metodologicheskoe issledovanie. – M., 1883. – 388 c.
5. Taranovskii, F.V. Yuridicheskii metod v gosudarstvennoi nauke. Ocherk razvitiya ego v Germanii. Istoriko-metodologicheskoe issledovanie. – Varshava, 1904. – 332 c.
6. Alekseev, N.N. Nauki obshchestvennye i estestvennye v istoricheskom vzaimootnoshenii ikh metodov. Ch. 1. – M., 1912. Chast' pervaya. Mekhanicheskaya teoriya obshchestva. Istoricheskii materializm. 1912. – 270 s.
7. Blagoveshchenskii, A.A. Istoriya metod nauki zakonovedeniya v XVIII v. // Zhurnal ministerstva narodnogo prosveshcheniya. – 1835. – №6. Otdelenie II. – SPb., 1835. – S. 375-441.
8. Sergeevich, V.I. Zadacha i metoda gosudarstvennykh nauk. Ocherki sovremennoi politicheskoi literatury. – M., 1871. – 232 s.
9. Samokvasov, D.Ya. Istoriya russkogo prava. T. 1. Vyp. 1. – Varshava, 1878. T. 1. Nachala politicheskogo byta drevnerusskikh slavyan. Vyp. 1. Literatura. Istochniki. Metody uchenoi razrabotki istochnikov. 1878. – 360 s.
10. Kistyakovskii, B.A. Sotsial'nye nauki i pravo. Ocherki po metodologii sotsial'nykh nauk i obshchei teorii prava. – M., 1916. – 704 c.