Translate this page:
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Library
Your profile

Back to contents

Psychologist
Reference:

On the basic needs in health psychology

Tsvetkova Ol'ga Alekseevna

ORCID: 0000-0001-5985-3006

Senior Educator, the department of Labor Psychology and Organizational Psychology, Omsk State Technical University

644050, Russia, Omskaya oblast', g. Omsk, pr. Mira, 11, of. 207

zvetol@mail.ru
Other publications by this author
 

 
Volkova Olesya Vladimirovna

Doctor of Psychology

Professor, the department of Clinical Psychology and Psychotherapy,  Professor V. F. Voino-Yasenetsky Krasnoyarsk State Medical University

660037, Russia, Krasnoyarskii krai, g. Krasnoyarsk, ul. Partizana Zheleznyaka, 1

ms.olesyavolkova@mail.ru

DOI:

10.25136/2409-8701.2021.3.35874

Received:

04-06-2021


Published:

07-07-2021


Abstract: Health psychology is a branch of clinical psychology, which deals with human health considering physical, mental, social and spiritual aspects, i.e. in the context of biopsychosocial unity. Modern practice indicated that the representation on a disorder does not automatically form an “inner picture of health”. Fulfilling the task of psychological support of a person towards health and well-being required studying the integral phenomenon of health along with the factors that shape the image of a disorder or image of health. The initial aspect of any activity is the needful-motivational personality sphere. Different interpretations of the concept of basic needs of a person entail ambiguity of its use in the the practical work of a psychologist. The goal of this article is to examine the approaches towards outlining the basic needs in the context of health psychology. The author highlights three approaches towards determining the basic needs: as vital or biological needs; as needs underlying the higher needs; and ultimately, as the primary and essential for mental development and personality formation. Such perception allows formulating various approaches towards psychological correction of the consequences of frustration of basic needs. In conclusion, the author present a systematization of approaches towards consideration of the basic needs of a person, structurization of representation on the basic needs as essential and impacting the entire course and process of personality formation, which is particularly evident in the distortions of personality development in terms of frustration of the basic needs.


Keywords:

basic needs, ontogenesis, theories of development, personality, frustration of needs, deviant behavior, health psychology, psychological well-being, personality resources, psychological correction


Введение

Психология здоровья – актуально развивающееся интегративное направление клинической психологии, которое объединило в себе множество теоретических подходов. Оно имеет долгую культурную и научную традицию [16]. Основным критерием, объединяющим все эти направления, является запрос на изучения здоровья человека, как сложного биопсихосоциального существа [29]. По определению Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), здоровье включает в себя не только отсутствие болезни, но проявление благополучия в разных сферах жизни: физической, психологической, социальной, духовной. Психологическое здоровье, таким образом, предполагает постановку вопроса о психологическом благополучии и его основных детерминантах. В этих аспектах, психология здоровья пересекается с позитивной психологией. Позитивная психология, смещая фокус исследования с болезненных или патологических состояний, ставит перед собой задачу экспериментально изучать процесс и условия формирования «позитивных» качеств человека [7, 11, 34]. Однако, в психологии здоровья телесность и физическое здоровье присутствует наравне с другими аспектами, что позволяет говорить о более широкой предметной области этого направления. Психология здоровья, таким образом, изучает основные признаки психологического здоровья во всем многообразии его проявлений (например, стремление к самореализации [10, 14], зрелость и ответственность личности, психологические ресурсы и личностный потенциал [12] и многие другие), основные факторы, влияющие на формирование психологического благополучия и здоровья, а также пути диагностики, профилактики и коррекции различных отклонений в сторону не только излечения патологии и болезни, но и формирования нового опыта «здоровой» жизни.

Постановка проблемы и цель исследования

Основания любой деятельности, в том числе и жизнедеятельности, лежат в потребностно-мотивационной сфере субъекта, это вытекает из основных положений деятельностного подхода [12, 22]. В связи с этим, актуальность рассмотрения процесса формирования базовых потребностей выходит на первый план, поскольку в деятельностной парадигме рассмотрения личности, именно потребностно-мотивационная сфера является основанием для целостного изучения человека и его поведения. В данной статье не ставится задача различения таких явлений, как формирование психики, психической деятельности и становлении личности в онтогенезе. Следует признать, однако, что эти линии развития не совпадают. И в связи с отсутствием такого различения, в ходе обсуждения исчезает неопределенность в представлении о факторах психического развития и формирования личности. В сложном системном процессе становления зрелой, социализированной, здоровой (в широком, а не медицинском понимании этого термина, смысле), самореализующейся и творческой личности, эти векторы многократно переплетаются.

Несмотря на разработанные в психологии понятия потребности и мотива, неоднократной постановки и ответам на вопрос – что такое психическое развитие и какие закономерности оно имеет, необходимо отметить, что вопрос формирования потребностей на разных этапах онтогенеза проработан недостаточно. Вопрос о том, на каких этапах онтогенеза реализация каких потребностей оказывается базовой, существенной для формирования психики или личности может указывать на приоритет психологических и социально-психологических факторов формирования личности над другими: социальными или социально-экономическими факторами. Это позволяет не только обнаруживать общие закономерности развития психики и формирования позитивных качеств человека, опираясь на внутренние ресурсы здоровья, имеющиеся у него, но и в каждом отдельном случае (в зависимости от диагностики дефицитарности в реализации той или иной базовой потребности) прогнозировать возможности превентивного или коррекционного вмешательства. В том числе для решения прикладных задач коррекции и профилактики девиантного поведения – как формы нарушения нормального развития личности, но не в терминах патологии, а в терминах поиска ресурсов здоровья в данном конкретном случае.

Цель: Исследовать подходы к определению базовых потребностей в контексте психологии здоровья.

Основания для определения понятия «базовые потребности»

Можно выделить несколько оснований для определения понятия «базовые потребности»:

1. Базовые (или базисные) потребности понимаются как начальные, первичные, витальные потребности, которые связаны с обеспечением жизнедеятельности человека на уровне организма. Такого рода подход характерен для классификаций потребностей, выделяющих потребности биологические и социальные [19], первичные и вторичные, как в классификации Г. Мюррея [25]. Одной из характеристик базовых потребностей в таком понимании является (в норме) их «насыщаемость» и цикличность, как только организм получает необходимое, активность прекращается [9].

2. Базовые потребности, как основные для формирования потребностей высшего порядка. В таких подходах различают потребности низших (базовых) уровней и высших [14], потребностей основных и квазипотребностей (как надстройки над базисными) [26].

3. Базовые потребности, как основные условия и движущие силы формирования личности на всех этапах ее жизненного пути (особенно в детском возрасте). В некоторых подходах определяется набор базовых потребностей, который остается неизменным на протяжении всей жизни человека, оказывая влияние на его жизнедеятельность в целом. Примерами таких теорий могут быть: теория привязанности Дж. Боулби, теория самодетерминации Р. Района и Э. Диси, концепции развития личности А. В. Петровского и Д. И. Фельдштейна. В других подходах, базовые потребности, рассматриваются как уникальные задачи возраста, которые выступают движущими силами развития и становления личности, но они различаются на каждом этапе онтогенеза человека, в зависимости от сложности системы взаимодействия, через деятельность, с самим собой и окружающим миром. В таком случае базовые потребности выступают как необходимые для дальнейшего развития «задачи возраста» (Э. Эриксон, Д. Б. Эльконин, Л. И. Божович).

Применение подходов к определению «базовых потребностей» в психологии здоровья

В зависимости от того, в каком значении будут представляться базовые потребности, по-разному будут протекать ситуации фрустрации данных потребностей. Так, при понимании базовых потребностей, как витальных, длительная фрустрация будет приводить либо к состоянию болезни, либо смерти организма. В этом смысле, подчеркивание базового или витального характера этих потребностей предполагает невозможность отказа от них, их необходимость с одной стороны и ограниченность с другой. Перенасыщение этих потребностей так же будет приводить к болезни или смерти организма. В этом случае необходимо соблюдать баланс и выявлять «оптимальное» значение объекта потребности для здоровья организма. Это хорошо иллюстрируется через пищевую зависимость или зависимость от спорта – гипергимназию. Количество публикаций, показывающих актуальность данных аддикций достаточно велико [8, 17, 30, 32, 33], что говорит о том, что даже в вопросе витальных потребностей точка далеко не поставлена, а требуется дальнейшее исследование, почему «теряется» порог насыщения витальных потребностей в современном обществе. Психология здоровья изучает способы выстраивания границ «оптимальной» реализации потребностей и «возвращения» страдающему человеку способности адекватно удовлетворять свои потребности, принося пользу своему организму.

Второй подход может быть проиллюстрирован хорошо известной концепцией А. Маслоу [14]. В контексте задач психологии здоровья интересным представляется акцент на «теории угрозы», то есть внимание на фрустрации базовых потребностей, которые воспринимаются личностью как угрожающие. В этой связи, искажения вызываются не самой фрустрацией базовой потребности, а именно характером оценки личностью параметров фрустрации и базовости потребности по шкале значимости для личности (что проявляется в ситуации угрозы).

Третий подход отличается наибольшим количеством концепций, которые могут быть здесь представлены. Остановимся на некоторых из них, предполагающих дихотомию при рассмотрении нормального развития при удовлетворении базовых потребностей и искажения развития при кратковременной или долговременной фрустрации базовых потребностей. В зарубежной психологии активно исследуется концепция привязанности Дж. Боулби. Эта теория является достаточно эвристичной, что подтверждается множеством исследований как отечественных [1, 4, 15, 21], так и зарубежных [31] авторов. Ребенок рождается с базовой потребностью – потребностью в заботе взрослого, которая обеспечивается программой привязанности. Начинаясь как биологическая (за счет привязанности обеспечивается выживание детского организма, абсолютно не приспособленного к самостоятельному обеспечению себя всем необходимым), эта потребность перерастает в психологическую потребность, которая очень быстро теряет свою чисто биологическую основу. Привязанность – витальная потребность ребенка в близости со значимым взрослым, которая проявляется в установлении доверительных и безопасных отношений. Надежная привязанность является базисом для формирования доверия к миру и активному его изучению. Если ребенок в процессе ухода не получает отклика на свои требования или этот отклик не вовремя приходит, ребенок чувствует неуверенность во взрослом, и стремится укрепить эту привязанность всеми, доступными ему, способами. Если потребность в привязанности удовлетворена, то актуализируется потребность в автономии – она проявляется как смелое и активное познание окружающего мира при отделении от опекуна (лица, осуществляющего уход и заботу о ребенке).

Эта потребность является базовой на ранних этапах онтогенеза. Нарушение отношений привязанности в этот период приводят к различным негативным последствиям, как в личностном, так и поведенческом плане. Интересным представляются различные признаки нарушения отношений привязанности и экспериментальное исследование этих отношений. Для исследования отношений привязанности используется специально разработанная М. Эйнсворт экспериментальная ситуация, которая называется «Странная ситуация» («Strange Situation Procedure»). Исследователи выделяют различные типы нарушений отношения привязанности, вплоть до дезорганизации поведения [36]. Для психологии здоровья важным представляется исследования «восполнения» и нормализации отношений привязанности в актуальном (для коррекции) возрасте. Так, психологическое сопровождение семей с приемными детьми, испытавшими в раннем онтогенезе травму отношений привязанности, ставит перед исследователями вопрос о возможности компенсации и формировании опыта надежной привязанности в семье приемных родителей и влияния этого позитивного опыта на дальнейшее формирование ребенка.

Достаточно интересной (особенно в русле психологии здоровья и позитивной психологии) представляется теория самодетерминации Р. Района и Э. Диси [6, 35]. Перспективы исследования в рамках этой теории бесконечны, что доказывает то количество исследований, которое проводится за рубежом, и говорит о необходимости рассмотрения этой концепции [34]. В отечественных исследованиях пока недостаточно работ по данной проблематике. Большинство публикаций отражают результаты исследований, выполненных (или проведенных совместно) сотрудниками Международной лаборатории позитивной психологии личности и мотивации ВШЭ (Д. А. Леонтьев, Т. О. Гордеева, Е. Н. Осин, М. Ф. Линч и др.). Важными для изучения прикладной стороны проблемы являются адаптированные к российской выборке диагностические инструменты, разработанные сотрудниками Лаборатории [5]. Однако, встречаются попытки исследования этого феномена другими авторами [23].

Р. Район и Э. Диси рассматривают в качестве базовых три потребности, которые актуальны на протяжении всей жизни человека: потребность в автономии, потребность в компетентности и потребность в связности (родстве). Потребность в автономии проявляется, как стремление самостоятельно определять цели своего поведения, самостоятельно осуществлять выбор в соответствии со своими ценностями и интересами. Потребность в компетентности проявляется как стремление к самоэффективности, последовательному повышению сложности задач, которые решает человек, стремление ко все большей инструментальной оснащенности в выполняемой им деятельности. Наконец, потребность в связности (родстве) обеспечивается ощущением близости со значимыми людьми, желанием выстраивать с ними отношения доверия и принятия [6]. Реализация каждой из этих потребностей создает базу для благополучия человека, фрустрация хотя бы одной из указанных потребностей приводит к различным искажениям в общей картине здоровья личности.

Одной из отечественных теорий развития личности, в которой отражается соотнесение базовых потребностей и этапов онтогенеза является социально-психологическая концепция развития личности А. В. Петровского [18].

Автор выделяет в качестве базовой потребности - потребность быть личностью, которая обеспечивается способностью быть личностью, то есть совершать действия позволяющие удовлетворять указанную потребность. Это возможно при взаимодействии индивида с референтной группой (разного уровня ее развития) в условиях совместной деятельности. В связи с этим, при вхождении в новую социальную группу разворачивается сложный процесс, состоящий из определенных этапов. Первая фаза этого процесса - «адаптация»: происходит утрата индивидуальных черт, желание «быть как все», сглаживание индивидуальности, усиление общности, схожести с другими членами группы. Здесь происходит фрустрация потребности в персонализации. Вторая фаза «Индивидуализация»: нарастает напряжение от неудовлетворенности потребности в персонализации и проявляется протестное поведения для «отстаивания» своей индивидуальности. Третья фаза «Интеграция»: закрепляются те черты индивидуальности, которые с одной стороны выделяют ребенка, отражая его индивидуальность, с другой стороны, одобряются группой, способствуя эффективной групповой деятельности. При этом А. В. Петровский рассматривает не только социально – приемлемое развитие, но и указывает, как может происходить асоциальное развитие. В случае асоциального развития ребенок не переходит на стадию интеграции, а как бы застревает либо на первой (адаптация), либо на второй фазе (индивидуализации), что отражается в различных негативных качествах личности.

Д. И. Фильдштейн разработал периодизацию развития личности, [24], которая, на наш взгляд, объединяет в себе идеи Д. Б. Эльконина и А. В. Петровского. С одной стороны, автор показал логику развития личности как закономерную смену ведущих деятельностей, но при этом содержание этих деятельностей предполагает различное сочетание социализации (потребность в освоении норм и способов деятельности) и индивидуализации (потребность проявить свою индивидуальность), что ведет к постепенному встраиванию взрослеющего человека в систему социальных отношений и фиксации определенной социальной позиции. В указанной концепции, деятельность представляется как «двуединый процесс» [24, с.31], в котором действующий субъект (ребенок) выделяет то усвоение норм и правил, то инструментальную сторону. Это с необходимостью приводит к смене отношений, которые осваивает ребенок: «Я в Обществе» (процесс социализации) «Я и общество» (процесс индивидуализации). Если взрослый специально не организует деятельность, обеспечивающую это движение, происходит искажение в освоении социальных норм и правил (искажение социализации) и непродуктивная индивидуализация (закрепление социально неодобряемых качеств).

Еще один подход к рассмотрению базовых потребностей хочется проиллюстрировать на примере эпигенетической концепции Э. Эриксона и отечественными подходами, определяющими базовые потребности как необходимые характеристики ведущей деятельности ребенка.

Целостной концепцией развития личности, ее самоопределения и идентичности является Эпигенетическая теория Э. Эриксона [28]. Актуальность этой теории подтверждается множеством исследований, которые порождают все новые вопросы (например, различия в возникновении и типах проблем самоопределения на разных возрастных этапах онтогенеза [40], влияние на идентичность новой культурной и социальной реальности, в частности, появление Интернета как контекста для развития идентичности [37], интегрированность или противоречивость компонентов идентичности [39] и многие другие (см. Identity. An International Journal of Theory and Research).

В данной работе интерес представляет рассмотрение Э. Эриксоном определенных социальных потребностей человека (в контексте «ожиданий» общества), как задач развития личности и идентичности. Каждый возрастной этап характеризуется особым соотношением биологического, социального и психологического, что отражается в формировании черт личности и идентичности человека. Задачи развития уникальны для каждого возрастного этапа. Их можно рассматривать как базовые потребности личности в связи с тем, что не только общество предъявляет к человеку определенные требования, но и тем, что человек включается в разрешение этих задач, инициируя определенную активность, выступая субъектом деятельности и определенным образом относясь к этим задачам. Позитивное разрешение этих задач (то есть удовлетворение базовых потребностей) приводит к дальнейшему продуктивному развитию человека и его эго-идентичности. Негативное разрешение задач возраста (фрустрация базовых потребностей) приводит к кризисам идентичности.

Психология здоровья, обращаясь к исследованию феномена долголетия [20] рассматривает возможности профилактики негативных сценариев разрешения возрастных кризисов на протяжении всей жизни человека, как динамической системы. Это предполагает изучение факторов, влияющих на негативное проживание и деструктивное разрешение указанных в теории Э. Эриксона кризисов в контексте физического и психологического здоровья.

Согласно теоретическим представлениям отечественных исследователей развития [3, 27], периоды детского развития можно представить как последовательную смену различных типов деятельности. Л. И. Божович [3] вводит понятие внутренней позиции ребенка, которая для каждого возрастного периода определяет качественное своеобразие положения развивающегося человека, и фиксирует свою базовую (ведущую) потребность, противоречие в удовлетворении которой приводит с необходимостью к смене вида деятельности. Так, ведущей деятельностью для младенческого возраста является непосредственно- эмоциональное общение со Взрослым, внутри которой формируется манипулятивная деятельность с предметом. Фрустрация потребности в общении со взрослым приводит к искажению психического развития (эффект «госпитализма» или детей «Маугли») [2]. В раннем детстве ведущей деятельностью становиться предметная деятельность, в ходе которой происходит овладение предметно-орудийными операциями, предмет «заслоняет» взрослого. Возникает потребность в самостоятельном действии, проявления себя как самостоятельно действующего субъекта. В период дошкольного детства ведущей деятельностью становится игра. Эта деятельность характеризуется усвоением общественных отношений и социальных ролей. Потребность, которая является базовой на этом этапе «освоить мир взрослых». На этой основе формируется стремление ребенка к общественно значимой деятельности и смене социальной позиции – готовность к школьному обучению. Деятельность обучения является ведущей в младшем школьном возрасте и предполагает овладение новыми, качественно иными, до того не встречающимися, знаниями (абстрактными и обобщенными, выходящими за пределы наличного опыта). Формируется умение учиться. Ведущей становится потребность в выходе за пределы практически данного опыта, освоение опыта человечества, приобщение к нему. В подростковом возрасте ведущей деятельностью становится деятельность общения, содержанием которой становится интимно-личностные отношения между подростками. Актуальной становится потребность «быть взрослым», принимая и реализуя собственные решения, отстаивая собственное мнение и т.д., включаясь в полезную деятельность. И наконец, юношеский возраст, которым заканчивается этап подготовки к взрослой жизни – ведущей становится трудовая деятельность. Актуальная потребность этого этапа – самоопределение и нахождение своего места во «взрослой» жизни. В этом подходе принципиальным является диагностика базовой фрустрированной потребности и этапа онтогенеза, на котором эта фрустрация оказала решающее действие на ход развития. Фрустрация потребностей на каждом этапе формирует не только негативные личностные свойства, но и искажает ценностно-смысловые основания жизнедеятельности человека, порождая феномены девиантного, аутодеструктивного и асоциального поведения.

Выводы

Историко-психологический анализ исследований позволил обнаружить, что на современном этапе становления психологии здоровья существуют три основных подхода к определению базовых потребностей.

1. Базовые потребности, как первичные, биологические, витальные в смысле жизнеобеспечения потребности.

2. Базовые потребности, как основания для формирования потребностей высшего уровня.

3. Базовые потребности, как ограниченный набор психологических потребностей, которые обеспечивают становление и развитие индивида на всей протяженности жизни человека или выступают как уникальные задачи для каждого этапа онтогенеза, что предопределяет траектории развития личности на каждом этапе жизненного осуществления.

В контексте психологии здоровья наиболее продуктивным является третий подход, где базовые потребности определяются, как потребности, которые необходимо присущие и оказывающие существенное влияние на весь ход и процесс формирования личности или психического развития человека. Влияние базовых потребностей можно обнаружить как в случае их удовлетворения – что приводит к формированию здоровой и благополучной во всех отношениях (физически, психологически, социально и духовно) личности, так и через анализ тех искажений личностного развития, которые наступают в случае фрустрации (особенно длительной) указанных потребностей. Это позволяет не только выявлять мишени и подбирать адекватные инструменты коррекции и реабилитации человека, но и создавать условия для превенции и профилактики таких искажений, создавая определенные ориентиры роста для каждого отдельного человека.

References
1. Avdeeva N.N. Teoriya privyazannosti: sovremennye issledovaniya i perspektivy «Sovremennaya zarubezhnaya psikhologiya», 2017. Tom 6. № S.7—14. doi: 10.17759/jmfp.2017060201
2. Bodrova T.V. Osobennosti psikhorechevogo razvitiya detei – vospitannikov doma rebenka // Nauchno-metodicheskii elektronnyi zhurnal «Kontsept». – 2019. – № V2. – S. 49–54. – URL: http://e-koncept.ru/2019/196017.htm (data obrashcheniya: 02.04.2021).
3. Bozhovich L.I. Problemy formirovaniya lichnosti: Izbrannye psikhologicheskie trudy /pod red. D.I. Fel'dshteina.-M.: Psikhologo-sotsial'nyi institut, Voronezh: NPO «Modek», 2001. – 352 s. URL: http://elib.gnpbu.ru/text/bozhovich_problemy-formirovaniya-lichnosti_2001/go,4;fs,1/
4. Bykhovets Yu.V., Dan M.V. Emotsional'noe nasilie s tochki zreniya teorii privyazannosti i sistemnoi semeinoi psikhoterapii // Mir nauki. Pedagogika i psikhologiya, 2019, T.7, №6. S.59
5. Gordeeva T.O., Sychev O.A., Osin E.N. «Oprosnik shkaly akademicheskoi motivatsii» // Psikhologicheskii zhurnal, 2014, tom 35, № 4, s 98-109
6. Gordeeva T.O. Teoriya samodeterminatsii: nastoyashchee i budushchee. Chast' 1: Problemy razvitiya teorii [Elektronnyi resurs] // Psikhologicheskie issledovaniya: elektronnyi nauchnyi zhurnal 2010. N 4(12). Tochka dostupa: URL: http://psystudy.ru (data obrashcheniya: 31.03.21gg).
7. Gur'eva L.P. Pozitivnaya i traditsionnaya psikhologiya (v issledovaniyakh M. Seligmana i rossiiskikh psikhologov) // Pedagogika i psikhologiya obrazovaniya. 2012. №3. S.83-90
8. Ivanov D. V., Khokhrina A. A. Obraz tela u podrostkov s narusheniyami pishchevogo povedeniya // Vestnik GUU. 2019. №6. S 199-203. DOI: 10.26425/1816-4277-2019-6-198-204
9. Il'in E.P. Motivatsiya i motivy.-SPb.: Piter, 2002.-512 s.
10. Korostyleva L.A. Psikhologiya samorealizatsii lichnosti: zatrudneniya v professional'noi sfere: monografiya. SPb.: Rech', 2005. 222s.
11. Leont'ev D. A. Pozitivnaya psikhologiya povestka dnya novogo stoletiya // Psikhologiya. Zhurnal VShE. 2012. №4. S.36-58.
12. Leont'ev D.A. Ponyatie motiva u A.N. Leont'eva i problema kachestva motivatsii. // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 14. Psikhologiya.-2016.-№2-s.3-18
13. Leont'ev D.A. Samoregulyatsiya, resursy i lichnostnyi potentsial// Sibirskii psikhologicheskii zhurnal, 2016, № 62, S.18-37
14. Maslou A. Novye rubezhi chelovecheskoi prirody.-M.: Al'pina non-fikshn, 2011. 496 s.
15. Mikaelyan L.L. Rol' nadezhnoi privyazannosti v terapii travmy. Emotsional'no-fokusirovannyi podkhod // Psikhologiya i psikhoterapiya sem'i, 2020, №1, S. – 12-33 DOI: 10.24411/2587-6783-2020-10007
16. Nikiforov G.S., Dudchenko Z.F., Rodionova E.A., Dominyak V.I. Psikhologiya zdorov'ya v Rossii: istoriya stanovleniya // Nauka. Obshchestvo. Oborona. 2019. №4 (21). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/psihologiya-zdorovya-v-rossii-istoriya-stanovleniya (data obrashcheniya: 31.03.2021).
17. Orlova O.V. Psikhologicheskie aspekty rasstroistva pishchevogo povedeniya // Akmeologiya. 2015. №3 (55). S.214-215
18. Petrovskii A.V. Problema razvitiya lichnosti s pozitsii sotsial'noi psikhologii // Voprosy psikhologii, 1984, №4. S.15-29
19. Remneva V.V. Rol' potrebnostei v formirovanii garmonichnoi lichnosti //Vestnik SPbGU. Ser. 12. 2010. Vyp. 2. S.399 – 406
20. Rozenova M.I. Individual'no-psikhologicheskie istochniki prodolzhitel'nosti zhizni: aktual'nye i perspektivnye issledovaniya // Vestnik MGOU. Seriya: Psikhologicheskie nauki. 2019. №4. S.71-90. DOI: 10.18384/2310-7235-2019-4-71–90
21. Romanovskii N.V., Azirova A.A. Rebenok i sem'ya v podkhode DIR/FLOORTIME // «Psikhologiya i psikhoterapiya sem'i» 2020, №2, S.12-22 DOI: 10.24411/2587-6783-2020-10009
22. Rubinshtein, S. L. Osnovy obshchei psikhologii.-Sankt-Peterburg [i dr.] : Piter, 2015. – 705 s.
23. Suvorova, I. Yu. Adaptatsiya obshchei shkaly udovletvoreniya bazovykh sotsial'nykh potrebnostei // Novoe v psikhologo-pedagogicheskikh issledovaniyakh. – 2016. – № 4(44). – S. 126-132.
24. Fel'dshtein D.I. Psikhologicheskie zakonomernosti sotsial'nogo razvitiya lichnosti v ontogeneze// Voprosy psikhologii, 1985, №6. S.26-37
25. Khekkhauzen Kh. Motivatsiya i deyatel'nost'/ Kh.Khekkhauzen.-SPb.:Piter; M.: Smysl, 2003. – 860 s.
26. Khromchenko A.L. K voprosu o razrabotke klassifikatsii potrebnostei v rossiiskoi nauchnoi traditsii// Obshchestvennye nauki i sovremennost', № 4, 2007, C. 143-150.
27. El'konin D.B. K probleme periodizatsii psikhicheskogo razvitiya v detskom vozraste //Voprosy psikhologii.-1971.-№ 4.-S.6-20
28. Erikson E.G. Detstvo i obshchestvo.-SPb.: Lenato, ACT, Fond «Universitetskaya kniga», 1996.-¬ 592 s.
29. Yakovleva N.V. Razvitie predstavlenii o predmete psikhologii zdorov'ya // Lichnost' v menyayushchemsya mire: zdorov'e, adaptatsiya, razvitie. 2019. №1 (24). S.22-33.
30. de la Vega R., Almendros L.J., Barquín R.R., Boros S., Demetrovics Z., Szabo A. Exercise Addiction During the COVID-19 Pandemic:an International Study Confirming the Needfor Considering Passion and Perfectionism// International Journal of Mental Health and Addiction 2020, DOI: https://doi.org/10.1007/s11469-020-00433-7
31. Granqvist P. Attachment, culture, and gene-culture co-evolution:expanding the evolutionary toolbox of attachment theory // Attachment & Human Development, 2021, 23:1, 90-113, DOI: 10.1080/14616734.2019.1709086
32. Juwono I. D., Szabo A. 100 Cases of Exercise Addiction: More Evidencefor a Widely Researched but Rarely Identified Dysfunction // International Journal of Mental Health and Addiction, 2020. DOI: https://doi.org/10.1007/s11469-020-00264-6
33. Karademir, T. The Effects of Regular Sports Activities on Exercise Dependence // International journal of applied exercise physiology, 2020, Vol. 9, № 9, p.190-197
34. Kern M.L., Williams P., Spong C., Colla R.l, Sharma K., Downie A., Taylor J.A., Martela F., Hankonen N.,. Ryan R.M., Vansteenkiste M.: Motivating voluntary compliance to behavioural restrictions: Self-determination theory–based checklist of principles for COVID-19 and other emergency communications //European Review of Social Psychology, 2021. DOI: 10.1080/10463283.2020.1857082
35. Ntoumani N., Ng J.Y.Y., Prestwich A., Quested E., Hancox J.E., Thøgersen-Ntoumani C., Deci E.L., Ryan R.M., Lonsdale Ch., Williams G.C. A meta-analysis of self-determination theory-informed intervention studies in the health domain: effects on motivation, health behavior, physical, and psychological health// Health Psychology Review, 2020. DOI: 10.1080/17437199.2020.1718529
36. Reisz S., Duschinsky R., Siegel D.J. Disorganized attachment and defense: exploring John Bowlby’s unpublished reflections, //Attachment & Human Development, 2018, 20:2, p.107-134, DOI: 10.1080/14616734.2017.1380055
37. Schachter E.P., Galliher R.V. Fifty Years Since “Identity: Youth and Crisis”: A Renewed Look at Erikson’s Writings on Identity// Identity, 2018, 18:4, 247-250. DOI: 10.1080/15283488.2018.1529267
38. Sharp S., Siokou Ch., Oades L.G. Systems informed positive psychology //The Journal of Positive Psychology 2020, Vol. 15, No. 6, 705-715. DOI: https://doi.org/10.1080/17439760.2019.1639799
39. Van der Gaag M.A.E., De Ruiter N.M.P., Kunnen S.E., Bosma H. The Landscape of Identity Model: An Integration of Qualitative and Quantitative Aspects of Identity Development// Identity, 2020, 20:4, 272-289, DOI: 10.1080/15283488.2020.1821154
40. Van Halen C., Harke A. Bosma H.A., van der Meulen M. Experiencing Self-Definition Problems over the Life Span// Identity, 2020, 20:3, 170-187, DOI: 10.1080/15283488.2020.1782913